Потребовалось около ста миль пути, чтобы услышать это от Карла Рэя. Затем я спросила, всегда ли дядя Карл Джо злится на него.
– Злится? – переспросил он. – Как это понимать – «злится»?
– Мне показалось, он был не слишком рад твоему возвращению.
Карл Рэй смерил меня долгим печальным взглядом.
– Он просто не показывает своего настроения, – сказал он. – Мы поссорились.
– Поссорились?
А вот это уже интересно.
– Раньше, когда я ещё жил там. Поэтому я так спешил уехать оттуда. Поэтому приехал в Истон.
– Что? Ты приехал не затем, чтобы найти работу? Тётя Радин написала, что ты собирался искать работу в наших краях.
– А разве я не искал работу? – ответил он.
– Ну а из-за чего была ссора?
Карл Рэй – мастер увиливать от важных вопросов.
– Видишь ли… – Он как будто пытался решить, продолжать ему или нет. – Если я скажу тебе кое-что, ты обещаешь никому не…
Опять двадцать пять, подумала я. Мэгги и Бет-Энн только и делают, что берут с меня обещание никому ничего не говорить. И тётя Радин попросила меня сохранить от всех секрет Карла Рэя. А теперь он сам требует от меня пообещать то же самое. Это сколько же обещаний я должна сдержать!
– Обещаю. А теперь скажи мне.
– Ты не имеешь права повторить…
– Я ведь обещала, разве не так? Боже мой, Карл Рэй!
– Неа, – сказал он. – Не могу, иначе мама меня убьёт.
– Карл Рэй! Это так подло. Сначала ты берёшь с меня обещание. Я обещаю. Теперь ты не говоришь мне. Боже. (Я снова сказала «боже».)
Но он так ничего и не сказал. Я даже какое-то время была зла на него. Тогда я решила почитать «Одиссею», как вдруг вспомнила сон на кладбище, и до меня дошло: Карл Рэй был Телемахом!!!
– Мне снились странные сны, – сказала я, – и ты был почти в каждом из них.
– Я? – Он выглядел польщённым.
И я пересказала ему все мои сны. Рассказала о теле без головы и корабле в том сне про бурю, а затем сон на кладбище, где он сорвал с того человека простыню и принялся обнимать его.
– Наверно, я начиталась «Одиссеи», – заключила я.
Лицо Карла Рэя приняло странное выражение: рот полуоткрыт, руки с силой сжали рулевое колесо.
– В чём дело, Карл Рэй?
– Это невероятно, – ответил он.
– Что именно?
Он не ответил, лишь сидел как каменный. Я решила, может, мне его шлёпнуть или что-то в этом роде. Помолчав какое-то время, он сказал:
– Хорошо, я скажу тебе, но ты должна пообещать мне.
– Я уже обещала и больше обещать не буду. Если ты мне не веришь…
– Ладно, ладно. Тогда слушай.
Ну почему люди не могут сказать что-то прямо? Меня стопроцентно бесит, когда они ходят вокруг да около.
Ой. Мама хочет, чтобы я прекратила писать и поговорила с ней.
Я слишком устала. Завтра допишу. Мне есть что рассказать.
Пятница, 3 августа
О, милосердие! Почему всё становится настолько сложным? Когда я только сумею всё наверстать? Как я это объясню?
И где, где Алекссс?????
Боже. Я хотела сказать, Альфа и Омега. Держи себя в руках, Мэри Лу. Рассказывай, как ты возвращалась домой вместе с Карлом Рэем.
Верно.
Вот что сказал мне Карл Рэй, когда он, наконец, решил, что может мне доверять.
– Ты когда-нибудь думала, что твои родители вовсе не твои родители? – спросил он.
– Конечно, – сказал я. – Мне всегда кажется, что я приёмный ребенок. Только мои родители не хотят говорить мне. Они все время делают вид, будто…
– Никогда не думал об этом.
– Что я приёмный ребёнок?
– Нет, что я приёмный ребёнок.
– Карл Рэй, ты? Ты приёмный? Ты это пытаешься мне сказать? Если это…
– Нет.
– Что нет? Карл Рэй, живо выкладывай, что там у тебя, не тяни резину!
Мне показалось, что я вот-вот взорвусь.
– Я и пытаюсь. Помнишь ссору, что я упомянул? С моим отцом? Вот как это было.
Как же медленно он говорит! Делает паузу после каждой пары слов.
– Однажды мама сказала мне, что мой отец мне не родной отец, и тогда я взбеленился и ушёл из дома. Я жил у друзей. Я не хотел разговаривать с отцом, с Карлом Джо, потому что он не был моим настоящим отцом. Тебе не кажется, что им давным-давно следовало сказать мне правду? Позволить мне найти моего настоящего отца?
– Погоди минутку. Дай подумать. Значит, твой отец – не твой родной отец? Она сказала тебе, кто твой отец? Твой настоящий отец?
– Да, – ответил Карл Рэй.
– Ого. И кто же это?
– Я не могу сказать.
– КАРЛ РЭЙ, ТЫ ДЕБИЛ.
– Что с тобой?