Даже когда магия бога пожирает его изнутри.
— Я всегда найду тебя, Амали, — шепчет он, обводя горячими пальцами неровный круг моей метки, которая слегка горит. В его словах есть что-то странно пророческое. — Тебе не следует бояться.
Я таю рядом с ним, мои руки и ноги похожи на желе. Восхитительное томное чувство охватывает меня, но оно не в состоянии подавить ужасное беспокойство внутри.
— Ничего не могу с этим поделать. Я волнуюсь. В основном за тебя.
— Не стоит. И ты должна помнить, как бы я ни выглядел, когда прихожу к тебе, что бы ни делал, это я. И всегда буду кланяться только тебе, моя энака.
Энака. Почему это слово так глубоко резонирует, словно запечатлевается в моей душе?
— Что это значит?
— Это на иони. И означает «Предназначенная».
О. Я делаю глубокий вдох. Океан вздыхает, словно пораженный этим откровением.
— Ты действительно веришь во все это? То, что они говорят об Отмеченных и…
Что им суждено быть востребованными самим богом смерти.
— Раньше нет, но теперь не уверен. — Кайм замолкает и крепко обнимает меня, глядя на океан. — Смотри, — мягко говорит он, протягивая руку.
Возможно, это просто мое воображение, но клянусь, что наполовину законченная змея на его коже мерцает в ярком рассвете. Я так и не спросила его, что означают эти грозные чернильные знаки. В какой-то момент я просто приняла их как часть его — символ мучительной истории с Преподобным. Возможно, именно поэтому я не спрашивала. Не все раны нуждаются в повторном вскрытии.
Я прослеживаю за взглядом Кайма и вижу намек на землю цвета слоновой кости. Она слегка изогнута, как гладкое горизонтальное лезвие.
— Вот и побережье.
— Побережье Костей, — бормочу я, зачарованно глядя вдаль. Это потрясающе. Когда мы приближаемся, вижу волны, набегающие на поразительную береговую линию цвета слоновой кости. Это похоже на песок, только более грубый. Берег сменяется диким переплетением виноградных лоз и деревьев, которые цепляются за устье небольшой реки.
С каждым мгновением сцена перед моими глазами становится все яснее. Это пугающий и завораживающий пейзаж, который я никогда не могла себе представить даже в самых смелых ожиданиях.
— Почему берег такой бледный? Он действительно укрыт песком и камнями?
— Костями, — поправляет Кайм. — Он сделан из костей мертвых монстров, которые живут в глубинах океана. Волны разбивают их в течение многих зим, превращая в мелкую белую пыль.
Я решаю, что предпочла бы не знать, какие монстры скрываются в темных морских глубинах. Этот мир и так достаточно ужасен.
— Это то место, куда ты договорился доставить Хоргуса.
— Да. Но, как и все остальное, это будет непросто. Ты должна оставаться рядом со мной, и что бы ты ни делала, не смотри в глаза иншади. Некоторые из них обладают способностью влиять на эмоции.
По мне пробегает холодок. Что за существа эти таинственные иншади? Звучит почти так же устрашающе, как Орден.
— Не бойся. Они не причинят тебе вреда, пока ты со мной. Мне просто ненавистна мысль о том, что кто-то может так поступить с тобой. У меня, вероятно, возникло бы искушение убить их.
— А что произойдет, если кто-то повлияет на твои эмоции, Кайм?
Теперь это пугающая мысль. Им никто не должен манипулировать. Он слишком смертоносен.
Ветер развевает мои волосы вокруг лица, когда Кайм находит мои руки и переплетает свои пальцы с моими. Он прижимает пальцы к груди так, что мои руки — и его — лежат на моем сердце.
— Ничего, любовь моя. Кажется, я невосприимчив к их влиянию.
— Конечно. — Тихий, недоверчивый смешок срывается с моих губ. — Невозможно поверить, что кто-то вроде тебя может подпасть под чары другого. Знаешь, я думаю, что ты невероятно силен, Кайм… гораздо сильнее, чем ты даже представляешь. В тебе есть что-то огромное, что все это время смотрело тебе в лицо, и ты либо не видишь этого, либо не хочешь видеть таким, какое оно есть. Но теперь ты находишься на неизведанной территории, и рано или поздно судьба заставит тебя действовать.
Он стоит очень тихо. Только корабль движется, преодолевая волну за волной, приближая нас к берегу. Я разозлила его? Нет. Он утыкается носом в мою шею сбоку. Он такой невероятно теплый. Даже слишком.
— Хм. Возможно. Но в одном ты ошибаешься, Амали. Не знаю, что ты сделала со мной, маленькая лесная ведьма, но ты обладаешь надо мной властью, которую я не могу понять. Если уж на то пошло, то это ты самая могущественная.
Глава 14