Дни, недели проходят в бесконечных экспериментах. Каэль показывает мне свои разработки, делится теориями. Некоторые кажутся безумными, некоторые — гениальными. Но все они пронизаны одной идеей: магию нужно развивать, искать новые пути её применения.
Днём мы работаем в лаборатории, а по вечерам тренируемся в саду. Каэль учит меня не просто управлять огнём, а понимать его природу.
— Видишь ли, — говорит он однажды вечером, когда мы отдыхаем в беседке после особенно сложного эксперимента, — большинство магов относятся к стихиям как к инструментам. Даже Корвин, при всём его опыте. А я считаю, что стихии — это живые сущности. С ними нужно не сражаться, а договариваться.
— Но разве маги не подчиняют стихии своей воле? — спрашиваю я, вспоминая уроки Корвина.
— Это распространённое заблуждение, — Каэль качает головой. — Ты не можешь подчинить стихию, как не можешь обуздать ветер или море. Но ты можешь научиться понимать их природу, работать вместе с ними.
Его слова заставляют меня задуматься. В этом что-то есть. Вспоминаю возникавшие во мне мимолётом ощущения, когда я под присмотром Корвина занимался с разными стихиями. Они подчинялись, да, потому что жили внутри меня. Но как будто были недовольны...
В один из вечеров мы идём не на кухню, где обычно наспех перекусываем в промежутках между занятиями. Каэль ведёт меня в просторную залу, где уже накрыт стол на несколько персон.
— У меня сегодня гости, — поясняет он. — Думаю, пора тебе познакомиться с другими магами Эстивала, нужно разнообразить общение.
Кстати, Каэль, несмотря на свою экстравагантность, к быту относится очень серьёзно. За его домом, как и за ним самим, присматривает строгая женщина неопределённого возраста — Селина, которая заправляет всеми домашними делами. Я знаю, что тут есть несколько слуг, но ни разу с ними не сталкивался. Селина считает, что нечего всяким путаться под ногами у магов. Особенно таких великих, как Каэль, которого она практически боготворит.
Гости начинают собираться на закате. Это в основном молодые маги — ученики Каэля, как он их называет. Но среди них выделяется одна девушка. Она входит последней, и, кажется, сам воздух вокруг неё искрится от магии.
— Алекс, познакомься, это Мира, — представляет её Каэль. — Одна из самых талантливых магов нового поколения.
Мира протягивает руку для пожатия, и когда наши пальцы соприкасаются, между ними проскакивает искра. В буквальном смысле — крошечная вспышка огня, от которой мы оба отдёргиваем руки.
— Прости, — она смеётся, и её смех похож на звон колокольчиков. — Во мне слишком много магии.
— Ничего, — отвечаю я, не в силах оторвать от неё взгляд.
Мира совсем не похожа на Лиану. Лиана была мягкой и податливой, а Мира — сплошные острые углы. Её короткие рыжие волосы словно живут своей жизнью, то и дело вспыхивая в свете ламп как настоящее пламя. В карих глазах пляшут золотые огоньки.
За ужином она сидит напротив меня, и я ловлю себя на том, что постоянно возвращаюсь к ней взглядом. Она тоже смотрит на меня — открыто, с любопытством. В какой-то момент наши глаза встречаются, и по телу пробегает волна жара, не имеющая ничего общего с местным климатом.
После ужина гости перемещаются в сад. Каэль в беседке разливает вино, воздух наполняется непринуждённой болтовнёй. Мира оказывается рядом со мной:
— Значит, ты северянин. Маг из Хиемалиса, владеющий огнём. Это что-то новенькое.
— Разве среди дву-магов такое не встречается?
— Встречается, — она пожимает плечами, и от этого движения по её коже пробегают огненные искры. — Но обычно это соседние стихии. Зима и Весна, Лето и Осень. А лёд и пламя... это интересно.
Она произносит последнее слово с таким выражением, что у меня пересыхает в горле. Возможно, дело в вине, но мне кажется, что воздух между нами начинает плавиться.
— Хочешь кое-что увидеть? — внезапно спрашивает она.
Не дожидаясь ответа, Мира берёт меня за руку. Её пальцы обжигающе горячие. Она ведёт меня вглубь сада, подальше от остальных гостей.
— Смотри, — шепчет она.
Мира поднимает руки, и в воздухе начинают появляться огненные бабочки. Они порхают вокруг нас, оставляя в темноте светящиеся следы. Это самое прекрасное проявление магии Огня, которое я когда-либо видел.
— Попробуй тоже, — предлагает она.
Я пытаюсь повторить, но мои огненные создания получаются угловатыми, с острыми гранями. Мира смеётся. Она подходит ближе, кладёт свои ладони поверх моих:
— Вот так. Представь, что огонь — это танец.
От её прикосновения магия внутри меня вспыхивает ярче. Наши огненные создания сплетаются в воздухе, создавая причудливые узоры. Мира так близко, что я чувствую жар её тела, улавливаю пульсацию магии под её кожей.