— Думаю, на сегодня достаточно, — говорю я, делая шаг назад. — Я немного устал.
— Конечно, — она быстро возвращает на лицо маску заботы. — Прости, я увлеклась. Отдыхай. Завтра продолжим обычные занятия.
***
Вечером того же дня происходит нечто, делающее мою жизнь в Верналии ещё более интересной. В дверь моей комнаты стучат, и на пороге появляется юная девушка, совсем не похожая на служанок Эрики. Высокая, с короткими каштановыми волосами и дерзким взглядом карих глаз.
— Привет, — говорит она без тени смущения. — Я Лира. Эрика попросила меня помочь тебе освоиться.
В её голосе я улавливаю едва заметный намёк. Так вот как Эрика решила усилить своё влияние на меня.
— Входи, — приглашаю я, решив посмотреть, к чему это приведёт.
Лира проходит внутрь, осматривается. Её движения лёгкие, почти танцующие. На ней простое зелёное платье, подчёркивающее гибкую фигуру.
— Как тебе у нас? — спрашивает она, усаживаясь в кресло и подбирая под себя ноги.
— Непривычно.
— После Хиемалиса, конечно, — она кивает. — Я была там однажды. Всё такое застывшее, безжизненное. Не понимаю, как вы там живёте.
— Мне там нравится, — пожимаю плечами.
Мы говорим о разных пустяках — о погоде, о городе, о различиях между регионами. Лира оказывается неожиданно интересной собеседницей — острой на язык, наблюдательной. Когда она смеётся, то запрокидывает голову, и я вижу тонкую линию шрама на её шее. Интересно, откуда он у мага Весны? Им же доступно целительство.
— Хочешь прогуляться? — внезапно предлагает она. — Ночной сад прекрасен.
— Рейнар не одобрит, — замечаю я.
— А мы его не спросим, — она подмигивает. — У меня есть способ выйти незаметно.
Я колеблюсь. С одной стороны, это может быть ловушка. С другой — шанс узнать что-то новое, что-то, чего сама Эрика не расскажет.
— Хорошо, — решаюсь я. — Идём.
Лира ведёт меня не к двери, а к окну. Оказывается, ветви дерева, растущего под окном, образуют удобный естественный спуск. Мы выбираемся наружу и бесшумно спускаемся в сад.
Ночью сад Эрики преображается. Цветы, которые днём кажутся обычными, теперь излучают мягкий внутренний свет. Травы шепчут что-то под лёгким ветерком, деревья тянут ветви к звёздам.
Мы идём по узким дорожкам, и Лира рассказывает о растениях, о магических свойствах трав и цветов. Я слушаю внимательно, стараясь запомнить как можно больше.
— Ты давно учишься у Эрики? — спрашиваю я, когда мы останавливаемся у небольшого пруда, в котором отражаются звёзды.
— Три года, — отвечает Лира. — Она нашла меня в одной из деревень на границе с Хиемалисом. Эрика забрала меня к себе, обучила.
— И ты благодарна ей?
Лира медлит с ответом.
— Да. Наверное. Хотя иногда её методы... — она запинается. — Не важно. Она великий маг, и я многому у неё научилась.
Я киваю, не настаивая на подробностях. Но уже понимаю — Лира не так проста, как и её отношения с Эрикой.
Она приводит меня к уединённой беседке, увитой светящимися цветами. Внутри — мягкие подушки и низкий столик с графином вина и фруктами.
— Ты это подготовила? — удивляюсь я.
— Эрика подготовила, — Лира усмехается. — Для тебя. И меня.
Она садится на подушки, разливает вино по бокалам. Я присаживаюсь рядом.
— Итак, — произносит Лира после первого глотка, — ты дву-маг. Каково это?
Пожимаю плечами:
— Не знаю. Я ведь всегда таким был. А ты? Только Весна?
— Только Весна, — она кивает. — Но я не жалуюсь. Мне нравится исцелять. Хотя иногда завидую магам Зимы — они могут создавать такие красивые ледяные скульптуры... Покажешь?
Я улыбаюсь. Вот и повод для сближения найден. Интересно, это она сама придумала, или Эрика подсказала?
— Конечно.
Протягиваю руку, призывая магию Зимы. Она откликается не так легко, как в Хиемалисе, но всё же приходит. В моей ладони формируется крошечная ледяная фигурка — мотылёк с тончайшими крыльями.
— Прекрасно, — восхищённо шепчет Лира, наблюдая, как ледяной мотылёк трепещет крыльями на моей ладони. — А можешь сделать так, чтобы он не таял?
— Конечно, — я сосредотачиваюсь, смешивая магию Зимы с магией Весны — жизнь и лёд, преображение и возрождение. Мотылёк начинает светиться изнутри мягким зеленоватым светом.
— Готово, — протягиваю ей фигурку. — Теперь он не растает, пока сохраняется магия Весны внутри.
Лира принимает подарок с благоговением.
— Никогда не видела ничего подобного, — в её глазах искреннее восхищение. — Две противоположности, сплетённые воедино.
— Они не противоположности, — говорю я, сам удивляясь своим словам. — Просто разные грани одного целого.