Присматриваюсь к россыпи почти чёрных камней разного размера, прикидывая, какие из них взять. И тут неожиданно оживают мои стихии. Они как будто тянутся к чему-то, к тому, чего я не вижу. Или вижу? Маг я или кто в конце-то концов? И мои стихии точно мне не враги. Осторожно прошу Зиму помочь — представляю, как от меня тянутся в сторону булыжников тоненькие ледяные нити. И это срабатывает! Правда, не совсем так, как я ожидал. Навстречу моему льду из камней выстреливают фиолетовые нити, которые опутывают меня. Перехватывает дыхание. Последнее, что я вижу, прежде чем отключиться, — панику в глазах Авроры.
Прихожу в себя от того, что напарница с размаху лупит меня по щекам и яростно шепчет:
— Очнись же, ледышка, ну давай же… Корвин меня убьёт…
Когда я открываю глаза, раздаётся откровенный вздох облегчения.
— Что ты сделал? Что случилось? — допытывается Аврора.
Рассказывать я ничего не собираюсь, конечно. Тем более, что замечаю ещё кое-что. И это меня потрясает — мир вокруг изменился.
Нет, окружение не наполнилось красками подобно тем, к которым мы привыкли в своём мире. Но и монотонной серости больше нет — у всех предметов появились ауры. У большинства — сдержанное, еле заметное свечение, но у некоторых камней — сияние, больше всего похожее на приглушенное фиолетовое пламя. И внутри них я отчётливо вижу яркую пульсацию — кристаллы Хаоса. Это точно не иллюзия.
С трудом заставляю себя отвести взгляд от всего этого и повернуть голову к Авроре. О своём открытии я точно рассказывать никому не буду, во всяком случае пока.
— Ну что, чудо-мальчик, пришёл в себя? Может, наденешь чёртов амулет?
— Не нужно, я в порядке. Вообще, это вы виноваты, нужно было дать мне выспаться.
Аврора смотрит на меня как на идиота, но ничего не говорит. А я принимаюсь нагружать наши рюкзаки камнями, в которых вижу кристаллы. Чуть было не совершаю ошибку, но спохватываюсь вовремя — нельзя брать только такие, Корвин точно что-то заподозрит, тем более Аврора наверняка скажет ему о том, что камни выбирал я. Так что добавляю и пустышек.
Пока занимаюсь этим увлекательным делом, обращаю внимание ещё кое на что. Когда я ступил в Искажённые земли, в моей голове сразу же возник шум. Не сильный, и я без труда от него отгородился. Но в аномалии шум явно сильней и в нём как будто что-то есть. Прислушиваюсь, и мне начинает казаться, что я могу разобрать там отдельные слова. “Мы”, “один”, “страшно”... Может ли быть так, что Хаос не “шепчет на ушко”, как выразился Ксавьер? Может быть, он действительно хочет поговорить? А мы не понимаем. Ладно, буду разбираться по ходу дела, поговорить об этом мне всё равно не с кем. Ну, кроме самого Хаоса. Наверное.
Отправляемся в обратный путь. В задумчивости не сразу осознаю ещё одно — я вижу истинную форму предметов сквозь искажения! Точнее, не сами предметы, а их ауру, которая просвечивает сквозь искорёженную оболочку. В голову приходит одна мысль, и конечно же мне хочется опробовать её на деле. Но пока не время, Аврора обязательно заметит, а делиться с нею мыслями не хочется.
Мы благополучно выходим из аномалии. Наши товарищи удовлетворяются словами о том, что всё прошло нормально, делим нашу каменную ношу на четверых и отправляемся в обратный путь.
Хотя кажется, что проще было бы просто сразу настроиться по угломеру на аномалию от точки входа, ну и обратно тоже, но мне ещё накануне объяснили, что в Искажённых землях это не работает. Ходить можно только между якорями и отсчитывать расстояния тоже получается только от них. Кстати, и точек входа не так уж много, где попало на территорию Хаоса не пройти. А если пройдёшь, то не выйдешь. Интересно, почему? Ну, потом у Хаоса расспрошу. Да, вот такой я самонадеянный. Почему-то мне кажется, что мы с ним подружимся. Смог же я договориться со стихиями.
Когда мы доходим до висельника, убеждаюсь, что это совсем не иллюзия. Более того, вокруг самой подвешенной мумии нет никакой ауры. Вокруг дерева есть, а вокруг неё — нет. Пробую мысленно обратиться к Хаосу, рисуя у себя в голове огромный знак вопроса. В ответ на меня накатывает волна тоски и сожаления. Слышу обрывки каких-то слов, но разобрать не могу. И задержаться тоже — Аврора уже тянет меня за собой.
У завесы возникает чувство, что Хаос не хочет меня отпускать. Нет, не так. Скорее, он боится снова остаться один. Обещаю, что обязательно вернусь, и уже очень скоро.