Высказав всё, что думала, Анна кинула последний короткий взгляд на Дебору и, опустив голову, вышла из комнаты. Оставшись наедине со своими мыслями, Деби вдруг испугалась ещё сильнее. Даже для неё очевидным стало то, что Анна сходит с ума.
Некоторое время Анна провела в уединении. Она обдумывала свой новый план, который включал в себя Теодора. Ей было скучно сидеть дома, изредка выбираясь на прогулку.
Вплоть до середины декабря жизнь Анны напоминала скучную рутину. Но всё же один из дней необыкновенно отличился от других. Анна стояла на платформе, наблюдая за проезжающими мимо поездами. Больше всего в вокзалах ей нравились люди. Вокзал был местом, где Анна видела наибольшее количество искренних улыбок и слёз, честных слов любви, крепких объятий и страстных поцелуев. Люди встречались и прощались. Они с трепетом ждали прибытие поезда и, затаив дыхание, высматривали в толпе своего человека.
Наблюдая за этим, Анна мечтала оказаться на их месте. Ей хотелось испытать те же чувства, что и любящие друг друга люди. Она хотела, чтобы однажды и на неё смотрели влюблённым взглядом, обнимали до хруста в рёбрах и целовали, словно в последний раз.
Кто же ты?
Но в ту же секунду её окликнули. Она обернулась и увидела перед собой высокого мужчину в длинном чёрном пальто и небрежными кудряшками на голове. Его светлые голубые глаза были устремлены на девушку в ожидании ответа.
— Привет, Тео.
Теодор сразу же осмотрел Анну с ног до головы. На девушке было накинуто черное драповое пальто, кожаные ботинки и вязаная шапка, совсем не согревающая голову.
— Не замёрзла тут стоять? — спросил Теодор, держа руки в карманах, после чего спрятал подбородок под шарф.
— Нет, — с добротой ответила Анна.
С неба вдруг начали падать огромные хлопья снега. Серая платформа за считаные секунды стала покрываться белым холодным покрывалом. Воздух был прохладным, но не морозным. Ветер стих, оставив на своём месте полнейший штиль.
Анна запрокинула голову назад и закрыла глаза. Ей нравилось чувствовать на своём лице медленно падающие снежинки, которые при соприкосновении с кожей таяли и превращались в крошечные капельки воды.
Наблюдая за привычно спокойным лицом Анны, Теодор не смог сдержать улыбку. Мужчину всегда восхищало её умение радоваться таким мелочам, как первый снег. Поэтому, в очередной раз заметив на её лице тихую радость, он присоединился к ней, погрузившись в мир Анны.
Всматриваясь в небо, он следил за тем, как белые хлопья падали вниз на землю, крышу вокзала, асфальт, красную шапку Анны, плечи пальто. Не смотря на сильный снегопад, на улице было много людей. Каждый куда-то шел, куда-то спешил.
— Анна… — тихо позвал Теодор.
Девушка открыла глаза и медленно опустила голову. На её светлом лице красовалась тёплая улыбка, принадлежавшая в эту секунду Теодору.
— Да?!
— Мне жаль, что у нас всё так получилось.
Ещё никогда слова Теодора не были настолько искренними, как сейчас. Да, он не был хорошим человеком. Но для неё он всегда старался быть лучше, чем на самом деле. Она побуждала его задумываться о важных вещах, забывать о своём эгоизме и думать о других. Анна толкала его на хорошие поступки и заставляла размышлять о жизни. В эту самую секунду он по-настоящему раскаивался. И она это чувствовала.
— Всё в прошлом.
Девушка уже давно сумела забыть обиду, решив, что пока она хранит её в своём сердце, жизнь так и будет стоять на месте. И Анна была права. Стоило ей отпустить всё плохое, как судьба вдруг оказалась на её стороне. Она благоволила ей. Она толкала её вперёд к цели.
— Аня, я… — начал говорить Теодор, отведя взгляд от девушки.
— Знаю. Я тоже, — ответила Анна, зная что хотел сказать Теодор, и что она сама хотела сказать ему.
Они оба скучали друг по другу, хоть им и было это тяжело приветов. Она знала, что всё ещё много значит для этого мальчишки, и что он пойдет на многое ради неё. И Анну это привлекало.
И первым жестом любви с его стороны стало предложение помощи, которую он хотел оказать ей. Узнав, что дядя Анны сильно заболел, Теодор сразу же вызвался сопроводить её в срочной поездке. К тому же, по его словам, в городе, где находился Чарльз, у Теодора была назначена встреча. Поэтому поездка была для него попросту неизбежна. Но Анна с самого начала всё понимала. Ей никогда не составляло большого труда разглядеть обман в словах Теодора. Но в этот раз ложь была жестом доброты.
Мне о тебе вокруг напоминает всё
И хлопья снега и порывы ветра.
А мысли все укрылись в тишине
От горечи потерянного лета.