На мгновение глаза защипало, как бывало, когда в них попадала вода. Джувия потянулась, чтобы потереть их, но рук не было. Вслед за осознанием этого исчезла и резь, оставив после себя лишь взор потока.
«Вспомни»
Усыпанное пирсингом лицо, алые глаза и иссиня-чёрные, будто грива дикого зверя, волосы вспыхнули вновь перед Джувией. Тонкие губы двигались – звали её по имени, но звука не было, только грохот несущейся стремительно вниз воды. Ладонь, вдруг потянувшаяся к ней из ниоткуда, превратилась в лапу дракона с огромными когтями. Они манили, царапали воду вокруг, но никак не могли ухватиться за Джувию. Поток расходился и сходился, не позволяя дракону этого сделать.
«Вспомни», – вновь прожурчал поток Джувии, но она не смогла, и образ рассеялся.
И зачем ей вспоминать? Зачем становиться человеком? Она ведь вода. Всегда ей была, правда, сначала не полностью. Пришлось долго учиться, чтобы овладеть этой магией.
Магией?
Что-то вновь всколыхнусь, и возникло воспоминание.
Маленькая девочка с длинными синими волосами, забившись в угол тесной комнаты, рыдала, уткнувшись в колени. Вокруг неё валялись испорченные другими детьми её игрушки, и это было уже не в первый раз. Они всегда ломали то, что ей нравилось, что было дорого. Они не любили её. Не любили за то, что она была другой.
Над ней начал вырисовываться магический круг, с каждым мгновением он становился всё чётче и больше, а затем из него потоком хлынул дождь. Вмиг он вымочил волосы и одежду девочки, но она даже не пошевелилась. Это была её магия – её вода.
«Вспомни»
Холодные сильные пальцы впились в её запястье, не давая упасть с крыши. Его ладонь тут же заскользила по влажной коже, но он не отпустил, схватился второй рукой и вытянул её на ровную поверхность. В его глазах она видела искренне беспокойство и участие.
Сердце учащённо забилось там, где его раньше не было, ладони прижались к щекам, а глаза распахнулись.
Грей тянул к ней руки, будто был рядом – над поверхностью воды – нёсся вместе с ней вслед за потоком. Она слышала его голос, нежно шепчущий её имя, хотела вырваться к нему. Но тело не слушалось, его попросту не было.
«Джувия, – звал её до боли знакомый голос. – Джувия, вернись ко мне»
Магия не слушалась. Магия забыла структуру Джувии, забыла, как вернуть воду обратно в человеческий организм. Кажется, именно от этого её и предостерегала Полюшка. С этим она должна была справиться, ступив в поток.
«Вспомни свою цель, – грохотал поток внутри головы Джувии. – Вспомни, зачем ты здесь»
Она старалась. Медленно, урывками, вспомнала, кто она и зачем явилась к магическому водопаду, почему оставила всех и отправилась одна. Почему не сказала ничего Грею. Но это не помогало. Джувия всё никак не могла всплыть со дна потока, вынырнуть на поверхность и глотнуть прохладного ночного воздуха. Звёзды над головой мерцали всё ярче, напоминая о том, как бесконечно долго Джувия находилась здесь. Хотелось выть от отчаяния, но это было невозможно.
И как же теперь ей выбраться отсюда?
Глава 14
За окном занимался рассвет. Солнце медленно поднималось из-за горизонта, окрашивая всё вокруг в оранжевый и отбирая у Грея последние крохи терпения.
Он не спал всю ночь. Мерил шагами комнаты, собирал и разбирал вещи по несколько раз подряд, даже готовил еду, которую можно было бы взять с собой – и всё это лишь бы не думать о Джувии. Не думать, почему Локи до сих пор не вернулся, не гадать, почему сердце снова болит, а вены горят изнутри.
Медленно качаясь в кресле-качалке, Грей нервно стучал по подлокотникам пальцами и пытался не думать. Глаза уже слипались, но сон всё равно не шёл. Да и глупо было надеяться, что придёт, ведь беспокойное ожидание действовало куда сильнее любого бодрящего зелья.
Шли уже четвёртые сутки с того момента, как Джувия отправилась неизвестно куда в одиночку, да ещё и со сбоящей магией. Что с ней? Как она? Достаточно ли у неё еды? Смогла ли она поставить палатку, как он её учил? Все эти вопросы, не останавливаясь надолго, вертелись в мыслях и подавляли на корню робкое желание пустить всё на самотёк и довериться Джувии.
И, хоть он и доверял ей на самом деле, но просто не мог потерять её. Только не снова. О каком «пустить всё на самотёк» вообще могла идти речь?
– Ты спал вообще? – Раздался голос за спиной, и Грей, подскочив с кресла, повернулся.