Рвано вдохнув полной грудью, Джувия распахнула глаза. Чужое обеспокоенное лицо застыло в нескольких сантиметрах от её лица.
– Джувия, – с облегчением прошептал Грей и прижал её к себе.
Грей. Вот, что она боялась потерять. Слёзы хлынули из глаз, когда осознание ужаса происходящего, наконец, настигло её.
Она чуть не умерла.
Снова.
– Прости…прости меня, – словно в бреду бормотал он, хаотично целуя её лицо, – я больше никогда не оставлю тебя одну. Пожалуйста, не уходи больше. Умоляю… Джувия. Я люблю тебя, люблю…пожалуйста, прости. Прости за всё на свете, но больше не оставляй меня…никогда не оставляй…мы справимся со всем вместе.
– Г-грей, – прохрипела она, не узнавая собственный голос. Горло раздирала боль, будто изнутри по нему прошлись ножом.
Он отстранился и замер, ожидая, что она скажет. А она молчала. Все слова вдруг снова покинули её. Ей нечего было сказать, по крайней мере, сейчас. Не так сразу после спасения. Слишком уж сложный разговор предстоял.
– Воды, – в итоге попросила она и отвела взгляд.
Грей чуть развернулся, а затем приложил к её губам флягу. Тёплая вода полилась в горло, унимая боль, и Джувия чуть расслабилась, обмякнув в объятьях своего любимого мужчины.
– Как ты себя чувствуешь? – заботливо спросил он, когда она напилась.
Сил на ответ не было, поэтому она попыталась улыбнуться и кивнуть. Получилось слабо, но, кажется, он всё понял. С ней на руках он залез в палатку и уложил её в спальный мешок.
– Тебе нужно согреться, – сказал он. – Полежи пока здесь, а я разожгу костёр и приготовлю поесть.
Необъяснимый ужас от того, что Грей сейчас уйдёт и оставит её одну, сжал ей сердце. Джувия тут же схватилась за его запястье и, чуть не плача, взмолилась:
– Не уходи…
Он ласково улыбнулся и убрал её руку обратно в спальный мешок.
– Я оставлю полог открытым. Даже не надейся, что я выпущу тебя из поля зрения ещё хоть раз.
Грей вышел, а Джувия принялась за ним наблюдать, борясь с сонливостью, накатившей в уютном тепле спального мешка. Сейчас он ей казался пуховой периной, а не матрасом из камней палок, как когда она спала здесь одна. Всё стало таким цельным, что она чуть вновь не расплакалась от нахлынувших чувств.
Тем временем Грей уже разжёг костёр и примостил над ним котелок. Из своей походной сумки он достал какие-то заготовки и забросил их в воду, затем перемешал длинной деревянной ложкой и добавил что-то ещё. Отточенными до механизма движениями он готовил, периодически поглядывая в её сторону таким настороженным взглядом, будто боялся, что она куда-нибудь исчезнет.
Ей было так стыдно за то, что она сбежала, оставив лишь записку, что хотелось сейчас же всё ему объяснить, рассказать обо всех причинах, которые толкнули её на это. Но тогда пришлось бы раскрыть и правду о том, что она потеряла ребёнка. Их ребёнка... а в этом Джувия пока ещё не готова была признаться. Ведь она и сама не до конца это осознала. Да и вообще, в голове была такая путаница, что с трудом получалось складывать мысли во что-то разумное, не то, что вести долгие разговоры, раскладывая душу по кусочкам.
Глаза начали слипаться, Джувия моргала всё реже и реже и в итоге уснула, так и не дождавшись еды.
***
– Думаешь, тут, правда, вампиры завелись? – нервно хихикнув, спросила Люси.
Леви посмотрела на подругу и поняла, что та не столько шутила, сколько действительно боялась, что вампиры могли оказаться не выдумкой.
– Вряд ли, – поспешила успокоить она подругу. – Хоть у нас и можно встретить демонов на любой вкус и цвет, но вампиров на континенте точно нет. Не переживай так. Тут скорее замешано какое-то проклятье. Очень уж знакомыми кажутся мне все эти «детали».
– Какие детали? – встрепенулась Люси и замерла на полушаге.
От неожиданности Леви врезалась в плечо подруги и тоже остановилась. Так они и застыли посреди пустынной улицы. Вокруг, как и вчера, не было ни души, даже собаки не лаяли во дворах. Паззл в голове МакГарден постепенно начинал складываться.