– Эрза, – Голос Джерара раздался так неожиданно, что она вздрогнула. – Сейчас я задам тебе один вопрос и очень хочу, чтобы ты ответила на него честно.
Не доверяя себе, она лишь поспешно кивнула в ответ и постаралась незаметно вытереть слёзы. Длинный рукав свободного лёгкого платья мазнул по щеке, скрывая следы слабости, и лёг обратно на подлокотник. Интересно, когда Джерар успел купить ей эту одежду?
– Почему ты не отвечала на мои письма?
– Потому что я их не читала, – выпалила она на одном дыхании, чтобы не было заметно, как дрожит её голос.
– Почему? – удивлённо спросил он, отчего её сердце болезненно сжалось.
Эрза сглотнула. У неё и самой не было ответа на этот вопрос. Иногда ей казалось, что она это делала, потому что не хотела ничего знать про его путь искупления, а иногда, что боялась увидеть там точку, которую он ставит в их непростых отношениях. Оба варианта заставляли бы её сделать выбор, который она делать совсем не хотела.
Выбор в отношении её чувств к Джерару.
Видимо, истолковав её затянувшееся молчание как-то по-своему, он сказал:
– Эрза, пожалуйста. Ты обещала мне честный ответ. Это очень важно.
– Я боялась.
– Чего ты боялась? – вновь оказавшись возле неё на коленях, он осторожно сжимал её ладонь и пытался поймать её взгляд.
Слёзы потекли по щекам, стоило только ощутить его тёплое, нежное прикосновение к её подрагивающим от переживаний пальцам. Неужели он снова просто её жалел? Почему он так добр к ней? Почему снова рядом?
– Я боялась, – голос охрип и задрожал, но Эрза всё равно продолжила: – боялась, что ты вернёшься к тому нашему разговору.
– Почему ты этого боялась? – он сильнее сжал её пальцы, и она невольно встретилась с ним взглядом.
В его глазах плескалось одновременно столько боли и надежды, что она готова была вот-вот разреветься от того, как много чувств и противоречий бурлило сейчас в ней самой. Как сказать ему, что кроме него ей с детства никто не был нужен? Как признать вслух, что та его фальшивая смерть чуть не уничтожила её саму? Как обнажить перед ним свой страх снова потерять его, если никакой в мире доспех больше не был способен защитить её измученное сердце?
– Это… – начала она и запнулась, – это сложно.
– Позволь помочь тебе.
Что-то в интонации Джерара заставило Эрзу удивлённо посмотреть на него, а затем ещё более удивлённо тихо выдохнуть «о», когда его губы коснулись костяшек её пальцев. Сердце бешено забилось в груди, готовое вот-вот вырваться из неё, а голова вдруг так закружилась, что перед глазами потемнело.
Сознание медленно ускользало, утягивая Эрзу в уже знакомую холодную тьму.
Глава 21
По дороге в гостиницу Леви думала лишь об одном – как бы удержать остатки завтрака в желудке. Сегодняшняя тошнота совсем не была похожа на ту, от которой лечила её Полюшка, и это пугало. Вдруг проблема уже в чём-то другом? Какой-то новый, совершенно иной недуг поразил её организм?
И почему так не вовремя?
Леви устало потёрла переносицу и попыталась сосредоточиться на задании. Чем быстрее они с Люси разберутся во всей этой путаной истории, тем ближе станет Розмарин с его библиотекой, а там и до тайн магии слова недалеко.
– Звери, – сказала она Люси, когда до гостиницы оставалось не больше пяти минут ходу. – Какие-то звери точно есть. Ведомые ли они кем-то живым или нет, непонятно, но мы можем с тобой осмотреть часть леса на окраине и узнать, сколько их и где они обитают.
– Это опасно, – тут же возразила подруга. – Что если они нападут на нас?
– Призовёшь Быка. Но я сомневаюсь, что они осмелятся. Та самая злая воля знает, что мы здесь и ищем ответы. Она не станет нападать открыто.
Люси задумчиво постучала пальцем по подбородку, а затем согласно кивнула.
– Ладно. Но если это всё-таки не так, то призову ещё Стрельца и Локи. Они справятся с любой опасностью. В конце концов, времена Тартара и Зерефа прошли.
– Но наследие их всё ещё живо, – грустно ответила Леви.
В молчании они дошли до гостиницы и сразу направились на задний двор. Среди раскидистых яблонь и вишен, где ещё пол дня назад высились горы свежей земли и стояли дощатые ящики, теперь не осталось и следа той странной и немного пугающей утренней картины. Вместо этого девушек встретил ковёр из опилок, смешанных с чесночной шелухой и с чем-то по блеску похожим на серебряную стружку или даже пыль.