Но Джувия хотела ещё так много сказать.
– Милый Грей, а когда мы поженимся?
На мгновение он задумался, после чего ответил вопросом на вопрос:
– А когда ты хочешь?
Джувия хотела свадьбу ещё много лет назад, когда только встретила Грея, но сейчас он ждал от неё серьёзного ответа, так что она быстро ответила:
– Как можно скорее.
Грей согласно кивнул, а затем протянул ей руку. Джувия благодарно приняла её и слезла с валуна на мелкие камни берега.
– Тебе нужно просохнуть и поесть. Медитации подождут. Не хочу, чтобы ты заболела.
Душа Джувии затрепетала от этих слов, но через секунду тревожные, давно забытые мысли вдруг оглушили её. Грей переживал за здоровье Джувии просто так или потому что боялся, что она не сможет выносить ему ребёнка? А что если на самом деле он был расстроен выкидышем куда сильнее, чем она сама? Вопросы терзали Джувию, и, не выдержав, она озвучила самый страшный из них.
– Милый Грей, вы хотите от Джувии детей?
Напряжённое молчание разрывало Джувии сердце, но она всё равно стойко ждала, когда же Грей даст ей ответ. Казалось, что от этих слов зависело так много – целая жизнь – и вот-вот небо рухнет на неё, если что-то пойдёт не так.
– Если честно, я никогда не задумывался над этим, – спокойно сказал он, глядя на заводь. – И сейчас, думаю, мне бы больше хотелось дать именно тебе всю ту любовь, что ты заслуживаешь.
От переполнивших её чувств Джувия превратилась в воду, а затем, опомнившись, быстро вернула себе форму обратно. Самые смелые её фантазии вдруг стали реальностью, отчего и сказать было больше даже нечего. Сердце Джувии, наполненное до краёв любовью, требовало лишь одного.
Джувия кинулась Грею на шею и прижалась губами к его рту. И этот поцелуй показался ей волшебней, чем вся магия Потока.
***
Люси пахла божественно. Как стол, ломящийся от вкусной еды; как объятья под тёплым одеялом холодным зимним утром. Её аромат кружил голову сильнее самого мощного дурмана. Она пахла, как дом, и Нацу хотелось раствориться в ней без остатка.
Он едва удержался от того, чтобы лизнуть её шею, так удобно оказавшуюся под его губами. Её вкус, казалось, манил даже больше её аромата. В голове стоял такой туман, что Нацу так и не понял, как так получилось – он вжал в себя Люси и совсем не хотел её отпускать.
Никогда больше.
Внутри полыхало пламя, которое требовало, чтобы Люси раз и навсегда осталась рядом только с ним и никуда больше так надолго не пропадала. Хотя что значит «надолго»? Они ведь не виделись всего несколько дней, но почему те ощущались как вечность?
В голове что-то как будто щёлкнуло, и Нацу осторожно отстранился от Люси, а затем, сложив руки на груди, замотал головой, избегая её взгляда.
– Я тут это… Хэппи где-то потерял. Ты не видела его?
– М-м-м, нет, – как-то растерянно протянула Люси, и краем глаза он заметил, что она тоже завертела головой.
– Он полетел смотреть, есть ли здесь лавки для заклинателей, и куда-то пропал.
Подозрения закрались в его голову молниеносно – впрочем, как и у Люси, – они почти синхронно вскинули головы наверх, чтобы увидеть довольно ухмыляющегося Хэппи.
– Сладкая парочка! – противно пропел он, хаотично кружа над ними. – Я всё-всё Мире расскажу!
Его довольные смешки едва не заставили Нацу взлететь на собственном огне, чтобы заставить наглого кота замолчать.
– Я рассказывал Люси об артефакте! – воскликнул Нацу. – Не придумывай!
– Кстати, Нацу, о каком именно артефакте ты говоришь?
Нацу полез в карман шаровар и достал оттуда круглый, размером с ладонь, предмет. Его золотая крышечка была разделена надвое и усыпана мелкими цветными камнями. Сзади же гравировкой была нанесена надпись на непонятном языке. И всё. Больше ничего примечательного. По крайней мере, на пару с Хэппи они не смогли найти никаких потайных кнопок или механизмов, открывающих этот артефакт.