Тела солдат. В'Ареццо. Фаско. Морелли.
Я вообще не вижу здесь мужчин Азанте.
И этот запах крови. Металлический и почти жгучий, он остается в моем носу. Запах смерти.
Я направляю пистолет на Альдо, мой голос тверд. — Что, блядь, это такое?
Он делает шаг, и я нажимаю на спусковой крючок. Пуля попадает в пол у его ног, рикошетом ударяясь в стену, и он останавливается. — Ты должна была быть в другой комнате, Катарина.
Не в конференц-зале. Моя рука не дрожит. — Я не буду спрашивать тебя снова. Почему они мертвы?
— Приказ, — тихо говорит он.
Приказ.
Я поворачиваю голову. Не к входной двери.
В сторону зала заседаний.
Позади меня раздается эхо ругани, когда я захлопываю дверь. И я убегаю.
Стук. Раздается крик.
Рука обвивается вокруг моей шеи, когда я тянусь к ручке, и я отвожу локоть назад.
Разворачиваюсь.
И я стреляю, не раздумывая.
Альдо пристально смотрит на меня. Отшатывается к стене, его руки опускаются, чтобы прикрыть расползающееся по рубашке алое пятно.
Я втягиваю воздух. Один прерывистый вздох, когда наши глаза встречаются.
И я поворачиваюсь, распахивая дверь и держа пистолет наготове.
Лица поворачиваются ко мне. Люк. Данте. Джио. Все они бледнеют, когда раздается все больше голосов. И мое зрение затуманивается, когда я смотрю на то, что я вижу.
Сильный толчок швыряет меня вперед. Мужчины врываются в комнату позади меня, толкая меня вперед.
Окружая нас, когда комната растворяется в хаосе.
Но все, что я вижу, — это моего отца. Capo dei capi Cosa Nostra, как всегда, сидит на своем месте.
Мои глаза пытаются охватить зияющую рану на его шее. Темно-красная струйка крови, темная и густая.
Мой отец мертв.
Катарина
Их слишком много. Слишком много, а нас недостаточно.
Мои глаза встречаются со взглядом Данте, когда дуло упирается мне в висок. Он яростно отталкивается от удерживающих его рук. Толкается, чтобы добраться до меня, в то время как все больше мужчин пытаются прижать его к земле.
Люк. Люк тоже сопротивляется, когда его оттаскивают к стене. Они хватают его за руки, и солдат бьет его кулаком в живот, заставляя согнуться пополам.
И Джио. Джио прижат лицом к дубовому столу, его руки раскинуты, и несколько пистолетов упираются ему в спину.
Стефано Азанте борется с мужчинами, держащими его за руки.
— Опусти оружие, cugino.
Постепенно мой пистолет опускается. Я продолжаю сжимать пальцами рукоятку, пока Маттео улыбается мне через стол. — Так-то лучше.
На его белой рубашке выделяются пятна крови.
— Прекратите. — Его голос звучит громко, когда он обращается к ним. — Или я выстрелю ей в голову.
Он хихикает, когда драка прекращается. — Это было легко.
Пол Морелли бледнеет, когда наклоняется вперед. Вытягивает руки перед собой. — Что все это значит, Маттео?
— Отличный вопрос. — Тишина, пока я смотрю на тело моего отца, а Маттео поднимается на ноги. Он начинает обходить стол.
— Сегодня начинается новая эра для Cosa Nostra.
Кровь. Так много крови.
Он поднимает руки. — Годы. Годы наблюдения за тем, как наше наследие иссякает. Поскольку власть, которой мы когда-то обладали, уменьшается, заменяясь тем, что мы прячемся в тени. Но теперь мы можем двигаться вперед.
Медленная, ползучая улыбка, когда он смотрит на меня. — Я должен поблагодарить тебя, Катарина. Без тебя все это было бы невозможно.
Я заставляю себя поднять глаза, но молчу, когда он подходит ко мне. Чья-то рука хватает меня за подбородок.
Джио рычит, и они давят на него. — Отойди от нее.
— Не волнуйся. Сегодня порки не будет. — Его глаза бегают по мне.
Я с отвращением отворачиваю от него лицо.
— Нет, — говорит он почти нежно. — Я понял, что ты намного полезнее мне живой, Катарина.
А затем он поворачивается, разводя руки в стороны и обращаясь к присутствующим. — Как чудесно иметь доступ к единственной вещи, которая может держать капо Cosa Nostra в узде.
Напротив меня шевелится Фрэнк В'Ареццо. Его взгляд останавливается на моем лице, рот приоткрывается…
— О, — Маттео щелкает пальцами. — Прошу прощения. Новые капо.
Мое тело вздрагивает, когда раздаются выстрелы.
Раздается ужасающий стонущий звук. Данте бросается к отцу, но тот слишком медлителен, чтобы остановить пистолет.
Когда пуля пробивает лоб Фрэнка В'Ареццы.
— Нет, — выдыхаю я. Я поднимаю взгляд на Маттео, когда до меня доходит ужасающее понимание. Люк кричит, но они удерживают его, когда Пол Морелли начинает подниматься на ноги…