— У меня есть для тебя подарок.
Я хмурюсь, услышав ее загадочные слова. Она даже не смотрит на меня. — Что ты имеешь в виду?
Но потом… внутри возникает движение.
И когда Катарина Корво отходит в сторону, я понимаю… что она вообще обращалась не ко мне.
Моя сестра смотрит на меня, полуобернувшись, чтобы посмотреть поверх спинки замшевого дивана, на котором лежит. Ее красивые волосы сейчас растрепаны, подстрижены неровной линией чуть ниже лопаток, но она выглядит… здоровой. Целой.
И в долю секунды шока, радости и облегчения я также осознаю, насколько сильно я не осмеливался поверить, что это правда.
Кислород покидает мое тело одним махом, мой обзор сужается до ее лица. Ее раскрасневшееся, совершенное, блядь, лицо, почти такое же знакомое мне, как мое собственное.
Когда я, пошатываясь, почти врезаюсь в стену, Катарина крепко хватает меня за руку, удерживая в вертикальном положении. А потом она шепчет, ее голос достаточно тих, чтобы его услышал только я.
— Иногда нам обоим нужно помнить, что все еще есть вещи, за которые стоит бороться.
У Розы перехватывает дыхание, когда она смотрит на меня, ее лицо искажается, когда мои ноги снова угрожают подкоситься, даже когда Кэт отпускает мою руку и подталкивает меня дальше в комнату.
— Джио…
Я уже начинаю двигаться, прежде чем раздается ее полурыдание, мои нетвердые ноги поглощают остатки пространства между нами отчаянными шагами, пока она наполовину падает, наполовину поднимается с дивана.
И я обнимаю свою младшую сестру и притягиваю ее к себе, мои руки крепко обнимают ее, когда я зарываюсь лицом в ее волосы. — Рози.
Мой голос срывается, но мне плевать. Моя сестра уже плачет, ее слова неразборчивы, когда она вцепляется пальцами в мою рубашку и зарывается в нее лицом со сдавленными рыданиями. Я крепко обнимаю ее, вдыхая ее запах, даже когда ее волосы влажнеют у меня под щекой, когда я сжимаю ее так, как не делал с тех пор, как она была маленькой девочкой, и я подобрал ее после того, как она упала с дерева на нашей территории.
В этот момент я чувствую себя еще более разбитым, чем тогда.
Больше, чем когда-либо был.
Когда кто-то тихо прочищает горло, я с трудом отрываюсь от объятий и оборачиваюсь через плечо.
Её лицо мягкое, спокойное когда она кивает в сторону двери. Я напрягаюсь, заметив в проёме мужскую фигуру за её спиной, но он лишь коротко кивает мне и бросает на Розу взгляд, полный тревоги.
Я сверлю его взглядом и он отступает, исчезая вверх по ступеням, скрываясь из виду.
— Мы оставим вас поговорить, — тихо говорит Кэт. — Дверь запирается снаружи, так что позвони мне, когда будешь готов. У тебя есть телефон?
Она ждет, и мой взгляд возвращается к проходу, когда я морщу лоб.
Замок запирается снаружи… это могла быть ловушка. Даже месть за то время, что мы провели взаперти под зданием Фаско.
Но потом я вспоминаю события сегодняшнего вечера.
И я молча киваю, поворачиваясь к своей сестре, когда женщина, которую я считал своим врагом, оставляет нас одних, ее шаги эхом отдаются от камня, пока не исчезают совсем.
Я выбрасываю из головы цунами мыслей, когда Роза отступает от меня с влажными глазами и неуверенной улыбкой. Я протягиваю руку и обхватываю ее щеку. — Они хорошо с тобой обращались?
Она кивает, а затем закатывает глаза. — По крайней мере, по большей части.
Я останавливаюсь. — По большей части?
Но моя сестра только смеется сквозь слезы, все еще стоящие в ее глазах, и, схватив меня за руку, тащит к дивану, на котором она лежала, когда я пришел. — Садись, а я приготовлю кофе.
Я сажусь там, где она мне говорит, наблюдая, как она суетится на маленькой кухне. Я не хочу спускать с нее глаз на случай, если она исчезнет. — Я и не знал, что ты умеешь готовить кофе, sorellina.
— Винсент научил меня. — Она произносит эти слова рассеянно, доставая чашки из буфета, но моя спина выпрямляется.
— Винсент, — медленно произношу я. Кручу его на языке… и чувствую что оно мне не по вкусу. — Это тот человек, который был здесь? Значит, он был здесь все это время?
В этом маленьком пространстве. С моей очень впечатлительной младшей сестрой.
Которая только посмеивается надо мной, отмеряя молотый кофе в кофейник. — Прекрати. Винсент… мой друг. Ему пришлось им стать, после того, чего он натерпелся от меня. Со мной было не легко… Особенно в начале.
Я жду, намеренно небрежно расправив плечи, пока она готовит кофе и с почти застенчивой улыбкой приносит мне дымящуюся чашку. — Попробуй.