— Что? — Кэт дергается, как только он заканчивает разговор. — В чем дело?
Люк закрывает глаза. Раздается что-то подозрительно похожее на ругательство, прежде чем он снова открывает их. — Вчера вечером на приеме кое-что произошло. Между Маттео и Джио?
Кэт хмурится. — Нет… они неправильно поняли. Это был Сальваторе Азанте.
Мы все трое поворачиваемся к ней.
Мой голос тих. Такой убийственный. — Почему Джио поссорился с Сальваторе Азанте?
— В самом деле, почему? — бормочет Люк. Кэт бросает на него острый взгляд и открывает дверцу машины, отрицательно качая головой.
— Какая-то путаница. Джио ушел до того, как мы поднялись наверх.
Я изо всех сил пытаюсь сосредоточиться, мысли проносятся в моей голове, пока я молча следую ее примеру, выхожу и следую за ней вместе с Домом по дорожке к ее апартаментам. Единственный, кто не двигается, Люк.
— Маленькая ворона, — говорит Люк тяжелым голосом. — Мне сказали... что Джио пытался убить Маттео прошлой ночью.
Она останавливается.
— И Маттео забрал его.
Катарина
Маттео забрал его.
— Кэт. — Мое внимание переключается на Дома. Он пристально смотрит на меня. — Что ты хочешь сделать?
Медленно мой взгляд скользит к Данте. На то, как напрягается его челюсть.
Замечаю зарождающееся понимание в его глазах.
Что, по его мнению, он знает… Я не знаю. Но я подозреваю, что он знает что-то близкое к истине.
И страх, настоящий, раскаленный добела страх взрывается по моему телу, когда я пытаюсь думать.
У меня такое чувство, будто в горле что-то застряло, когда я выдавливаю слова. — Собери команду.
Они следуют за мной, когда я поворачиваюсь, и несусь к своим апартаментам. Мои ноги взлетают по ступенькам, прежде чем я вставляю ключ в замок.
Данте хватает меня за руку. — Ты же не можешь всерьез думать о том, чтобы пойти за ним, Кэт.
В его тоне слышится недоверие. — После всего, что случилось?
Я не отвечаю, вырываю свою руку из его хватки и направляюсь к гардеробной. Выдвигаю ящики, пока ищу, наконец выбираю нужный и хватаю телефон, который там лежит.
Я слышу, как Дом уже выкрикивает инструкции в свой телефон из кухни. Данте и Люк толпятся позади меня, когда я набираю код в замке, и Люк что-то бормочет, когда дверь открывается.
— Так вот где ты ее прятала.
Я отрывисто киваю, выхватываю из кармана свой телефон и звоню Маттео, сбегая по ступенькам.
Ответа нет.
Мы врываемся в квартиру под моей. Роза и Винсент немедленно вскакивают со своих мест, где они сидели за деревянным столом.
И Роза… Роза бледнеет.
— Что? — спрашивает она. — Что случилось?
Секунду я могу только смотреть на нее.
Джио.
Еще один брат или сестра.
Мои губы сжимаются.
— Вот. — Я бросаю ей телефон. — Мне нужно, чтобы ты позвонила своему брату, Роза. Прямо сейчас. Включи громкую связь. И не говори ни единого чертова слова, кто бы ни ответил.
Винсент перемещается и нависает над ней, его лицо меняется на настороженное, пока Роза разблокирует его дрожащими пальцами. — Он...
— Нет, — выдавливаю я. — Мы… мы не знаем. Мы думаем, что он у Маттео, но нам нужно подтвердить это, Роза. Мне очень жаль.
Ее рука почти роняет телефон. Я ничего не говорю, когда Винсент выхватывает телефон у нее из рук и набирает номер. Его глаза встречаются с моими, прежде чем он с беспокойством смотрит на нее сверху вниз.
Телефон звонит. Отключается.
— Еще раз, — тяжело произношу я. — Пожалуйста.
Роза смотрит на меня, а я смотрю на телефон.
— Скажи-ка мне. — мурлыкает чей-то голос, и я почти закрываю глаза. — С чего бы Джованни Фаско получать звонок от умершей сестры?
— Чтобы убедиться, что ты, блядь, ответишь, — огрызаюсь я. — Где он, Маттео?
Роза закрывает рот. Винсент хватает ее за плечо, и она поворачивается к нему.
Шум на заднем плане сливается в непонятный гул. — Это действительно не твое дело, Катарина. Я ведь не вмешиваюсь в твои многочисленные приезды и отъезды, не так ли?
— У тебя есть наследник Фаско, — холодно говорю я. — Это делает это моим делом. Или нам нужно еще раз обсудить иерархию и твое место в ней, cugino? Он все еще жив?
Я бросаю взгляд на Розу в безмолвном извинении, но она смотрит в телефон.
— Пока. — Маттео понижает голос. — Не вмешивайся, cugino. Фаско пытался убить меня при свидетелях. Я имею полное право поступить с ним так, как считаю нужным.