Как ни странно, уборка времени много не заняла, и вскоре я уже был снова совершенно свободен, а место беспорядка – практически чистым. Все-таки кровь успела впитаться в доски, и полностью пятна вывести не удалось. Поэтому нашел в горах хлама небольшой разноцветный коврик, некогда связанный мамой из остатков пряжи, и кинул его на пол, прикрывая темные потеки. Разбитое стекло сгреб щеткой в кучку и сложил в припасенный заранее пакет, разобрал основу зеркала и утрамбовал все к осколкам. Затем завязал его и выкинул к остальным пакетам мусора, стоявшим под окном.
И хотя теперь в комнате было относительно чисто, я себя таковым не ощущал. Особенно это касалось руки. Против воли я постоянно скашивал глаза на это место и внутренне сжимался от собственного идиотизма. Ну почему не удосужился попросить хоть немного времени на раздумья?! Неужели моя жизнь настолько никчемна, что я без толики сомнения решил расстаться с ней в одно мгновение?
Я плюхнулся на кровать и закинул руки за голову, вновь погружаясь в глубокий омут уже бессмысленных рассуждений. Дурак! Если бы только можно было повернуть время вспять!
Но жизнь – не игрушка, в которой все идет так, как этого хочешь ты. Жизнь – это ряд взлетов и падений, цепочка набивания шишек и череда мгновений простых человеческих радостей. Это порой не зависящие от нас обстоятельства, которые нужно перетерпеть или перебороть. Или смириться с ними и просто жить дальше. Люди, которым действительно осталось жить считанные месяцы, ищут в каждом прожитом дне моменты счастья. А я что? Здоровый, как бык, не задумывавшийся о смерти так рано, столь быстро сдался, потеряв вкус существования.
Но, с другой стороны, Люцифер поставил перед выбором: расстаться с душой, лишиться индивидуального «я» или остаться влачить жалкое существование и дальше. Тогда почему я рассматривал только одну сторону этого вопроса? Может, потому что чувствовал, владыка ада так легко со мной не расстанется? Ему это было попросту невыгодно. Да и мне какая разница, по правде говоря, все равно останусь слишком беспомощным и никчемным, чтобы продолжать так жить. Как бы странно ни было это признавать, в сей жизни я не был никому нужен, и вряд ли кто-то заметит, что меня больше нет в живых.
Приняв такое обыденное, но до боли тяжелое решение, я будто успокоился. Вот так легко, без колебаний смирился с расставанием с жизнью. Удивительно. Мама бы такое не одобрила. Равно, наверное, как и Дабрия, которая, как я уже успел убедиться, всеми силами пыталась вытащить меня из этой засасывающей трясины отборного дерьмища. Но мама лежит в гробу на глубине нескольких метров, а моя новая знакомая – двести с лишним лет как умершая девушка, переродившаяся в демоницу, и терроризировавшая теперь обычных людей.
Кстати, о Дабрии. В памяти в очередной раз услужливо всплыл ночной кошмар, заставляя вновь судорожно содрогнуться. Ее крик, пробиравший до костей, до сих пор стоял в ушах. Отчаянно хотелось убедиться, что с девушкой все хорошо, но как, я понятия не имел. Все-таки в аду не было телефонов. И несмотря на столь непродолжительное знакомство, я успел прикипеть к ней всей душой.
Иронично прозвучало, однако. Пока я еще был в состоянии ей распоряжаться.
Ее отсутствие остро ощущалось в пустом доме. Мне так хотелось с кем-нибудь поговорить, да даже узнать последние новости города, послушать чьи-то сплетни, но я был дома совершенно один! И визит демоницы, как назло, висел в воздухе огромным вопросительным знаком. Ну почему все произошло так невовремя?! Почему все скопилось в один огромный снежный ком, грозя придавить своим весом насмерть?!
Да и зеркала в комнате теперь не было. Люцифер намеренно его разбил? Чтобы новая знакомая не смогла проникнуть ко мне? Но ведь есть еще зеркала в доме, верно? Он же сам ушел через одно из них. Ох, сколько вопросов крутилось в моей дурной голове, не давая покоя.
Я вновь задумался о своих перспективах «выйти сухим из воды» в сложившейся ситуации, но пока в голове складывалось все так, что я должен был только утонуть.
Тут едва прикрытая дверь с грохотом распахнулась, и на пороге возникла разъяренная Дабрия. Теневые сгустки отлетали от нее, рассеиваясь на некотором расстоянии, не причиняя окружающей обстановке никакого вреда, однако выглядело подобное зрелище все равно довольно устрашающе.
- О, ты же говорила, что тебя рано ждать не стоит. Дела, все такое, - несмело начал я, но та бесцеремонно перебила мое несчастное бормотание.
- Что ты наделал?! – закричала она, подлетая к кровати. – Зачем? Что у тебя не так в жизни, раз ты на это согласился?!