- На том самом шабаше, - безразличная интонация, с которой я выдал эту информацию, шокировала меня самого не меньше, чем произнесенные слова.
- Но как?!
- Я сам не понял. Отец увидел, как я махал тебе в зеркале, и устроил по этому поводу скандал. Как только мы с ним расстались, я решил лечь спать, дабы не нарваться еще на какой-нибудь конфликт, и увидел странный сон, в котором весь оброс шерстью и обзавелся кожистыми, как у летучей мыши, крыльями. Ты в нем тоже была, кстати.
- Но меня не могло там быть, - протянула она, вставая наконец с меня и задумчиво присаживаясь на краешек кровати. – Я всего лишь прислужница, а не высший свет. Может, ты меня с кем-то спутал?
- Нет, - упрямо продолжил я. – Сначала у той девушки, что сперва прислуживала твоему хозяину, было другое лицо, которое я даже не силился запомнить, если честно. Потом, по мере ее приближения, лицо изменилось на твое. И ты закричала, чтобы я уносил оттуда ноги. Следом в тело воткнулся шипованный кнут. Не знаю, чье оно было, но сути это не меняет. И все, что я отчетливо запомнил, а не так, в общих чертах, как весь этот чертов сон, это твой крик, исполненный боли.
- Не знаю, о ком ты говоришь, - сказала она, озадаченно потирая подбородок. – Может, кто-то из ближайших служанок решила рискнуть, заметив, что ты не из этих краев, а высшим демонам это не понравилось, и они использовали кнут. Но Люцифер бы точно не стал уродовать собственную свиту. А может, таким образом он просто решил сбагрить тебя, пока остальные не заинтересовались?
- Так вот, как ты и сказала, он действительно пришел сегодня. И с порога начал про это говорить, рассказывая, что моя душа на самом деле тянется домой, в иные миры, откуда и пришла изначально. Существование в бренном теле тяготит ее, а Люцифер уже нацелился на меня, дабы сделать собственным приближенным прислужником. И как я понимаю, если не через месяц, то через какое-то время душа все равно найдет способ избавиться от плоти, и тогда я все равно умру. Вопрос лишь в том, когда и на чьих условиях это произойдет. И я хочу, чтобы это произошло на моих. Поэтому так легко сдался и решился на эту уродливую метку.
- Хорошо, я поняла тебя, - тяжело вздохнула она и посмотрела на то место, где еще недавно стояло зеркало, а теперь покоился некогда любимый коврик. – Он даже его разбил. Поэтому я не смогла к тебе пробиться по налаженному маршруту. Грешным делом подумала, что опоздала, и ты уже покончил с собой, поэтому проход закрылся.
- Но почему именно оно стало порталом?
- Зеркало – самый простой способ перехода между мирами, не требующий особых затрат сил. Несомненно, можно и просто так перейти, без каких-либо проводников, буквально по щелчку пальца, но зачем заморачиваться и тратить кровно накопленные силы, когда есть максимально легкий и удобный вариант? И вообще, не бери в голову, Люц. Несмотря ни на что, я все равно тебя не брошу. Если получится все уладить, даже смогу на этот месяц переехать к тебе. Места много не надо, отец твой меня даже не заметит, а спать я могу на полу, в облике собаки.
После таких неожиданно приятных слов я буквально подскочил в кровати.
- Но разве это не будет неоднозначно как-нибудь трактоваться в ваших кругах? Вдруг своим решением ты что-то нарушишь? Нет, не подумай, - затараторил я, заметив выступившее на ее лице замешательство, - я буду только рад такому решению. Хоть не коротать оставшиеся дни в одиночестве. Но ведь не хочется, чтобы из-за меня были потом проблемы.
- Проблем не будет, - заверила девушка. – Я спрошу у хозяина, но у него и без меня дел предостаточно. Не думаю, что он будет сильно вникать в просьбы. Ну, если нет, то нет. Все равно пока никаких серьезных дел не предвидится. Те, что были, к моему счастью, достаточно быстро разрешились.
Я расплылся в широкой улыбке. Слышать это было почти физически приятно. Девушка вновь коснулась моей метки. Начала поглаживать ее подушечкой большого пальца, словно желала стереть. Воодушевленное настроение Дабрии постепенно начало сходить на нет.
- Я никогда не пойму вас, людей, - прошептала она, отворачиваясь, но руку не убрала. – Вот так запросто распрощаться со всем. Демоны ничего за душой не имеют, и терять им тоже нечего. Все было потеряно в тот миг, когда ниточка жизни оборвалась. Но после смерти мы учимся ценить каждый миг, даже если он наполнен болью.
- В том и проблема, - возразил я, - что я тоже потерял все, что дорого, хотя остался жив. Мать умерла, а отец еще задолго до ее кончины начал гулять по каким-то бабам, отдавая приоритет отнюдь не нам. От тех воспоминаний, что я так рьяно лелеял все свое детство, остались лишь угольки, которым грош цена.
- Но ведь ты еще в состоянии обзавестись собственной семьей! – возразила девушка. – Все исправить! Но предпочел так легко сдаться!