— Аврора. — улыбаясь ответила она.
— А.в.рора, — произнес я, как бы пробуя это имя на вкус. «Мне нравиться» — подумал я. — Ну привет, Аврора. — сказал я и наклонился к ней, чтобы поцеловать эту сладкую макушку.
Следующие полчаса мы провели в тишине, я не мог наглядеться на это хрупкое создание, которое будет называть меня папой. У меня никогда не было отца, да и скажем так мать была тоже такой себе. Поэтому я сказал самому себе «Я буду лучшим отцом, обещаю».
***
Прошло время, малышка поела и тихонько засыпала. Я пододвинулся к Алине настолько близко, насколько смог. До меня доносился аромат ее волос. Мне так хотелось притянуть ее к себе, быть рядом и никогда не отпускать.
— Ты поверишь, если я скажу, что не причиню тебе вреда? — прошептал я.
— Ты уже сделал это. Ты чуть не убил меня однажды, и ее.
— Тогда? — я чуть не убил собственного ребенка. Мое сердце хотело разорваться на части.
— Угу.
— Ты боялась, что я наврежу ей. Поэтому сбежала? — она лишь кивнула головой, — Алина, я бы никогда не…
— Ты уверен? — тихо спросила она перебивая.
Да, я бы навредил. Приковал бы ее к кровати, и воспользовался. Скорее всего я бы их погубил. Дарклинг именно так и сделал бы, но сейчас…
— Ты права. Прости. — эти слова дались мне тяжело, — Спасибо что спасла ее от ее же отца.
— Все мы имеем право на спасение, Александр. — сказал Алина и подняла на меня свои глаза. Наши губы почти соприкасались. — Даже ты, — произнесла она еще тише и поцеловала.
Этот поцелуй был нежный, не такой какой обычно был у нас. В нем читалось все понимание, надежда, желание и смирение. Мы оба знали, что сегодня ничего не будет. Сегодня мы втроем, сегодня мы просто встретились спустя столько месяцев, я могу чувствовать ее по-настоящему, думаю мы боялись нарушить этот покой, что был вокруг нас благодаря малышке.
Мои глаза стали мокрыми от слез, и спустя время я разорвал этот мимолетный, сладкий, как свежий мед, поцелуй.
— Обещай, что не оставишь меня одного, — смотря в ее глаза произнес я.
— Обещаю, — ее голос опустился до шепота. Она положила свою голову на подушку, и я сделал точно также. Она дышала мне в грудь, а я вдыхал аромат ее волос. -. — Ты монстр.
— Ты тоже, — ответил я, боясь ее реакции.
— Знаю, — лишь ответила она и заплакала.
Я бережно вытер эти слезы, с ее розоватых щек.
— Ну все, тише, тише. Иди сюда, — и я легонько пододвинул ее к своей груди. Мои губы коснулись ее макушки.
Она поудобнее устроилась и утонула во сне. Я слышал ее равномерное дыхание, и мне было так хорошо.
Я не мог уснуть, боясь что если засну, то проснусь один. Боялся что все это сон. Мне так ее не хватало. А теперь у меня еще есть и ребенок, о котором я даже не догадывался. Иногда я думал, что она забыла обо мне, когда не мог прийти к ней по связи, думал почему она не приходит сама. Она приходила лишь во снах, где каждый раз я смотрел как моя надежда умирала у меня на руках. Я начал пить, сначала квас, а потом не заметил, как стали пропадать бутылки с виски и коньяком. Дела в столице шли все хуже, но потом она объявилась. Пришла, как в ничем не бывало.
Теперь я здесь, по другую сторону Фолда, в каком-то непонятном лесу, в еще менее понятном деревянном доме, держу в своих объятиях Алину и смотрю на маленького ребенка, который будет называть меня папой. Я не мог представить момента ценней, чем этот.
Через полчаса в комнату заглянула Мария Ивановна и накрыла нас пледом. Притворившись спящим, я так и не заметил, как уснул по-настоящему.
***
В полусне я попытался нащупать Алину рукой, но понял, что кровать пуста. Открыв глаза я лишь удостоверился в этом. Мое сердце стало учащенно биться, резко сев я осмотрел комнату, их нигде не было. Она ушла. Бросила меня одного.
Не надевая кефту я вылетел на улицу, со всей силы открывая дверь. Мои ноги неслись к коню, когда я наконец заметил, что тот стоит не один. Теперь их было двое, Деф и какая-то белая лошадь. Это заставило меня остановиться.
— Александр, что случилось? — я услышал этот крик из-за спины и повернулся. Она стояла на крыльце держа малышку на руках. Облегчение прошло по моему телу. Она здесь. Быстро шагая я направился к ним.
— Твою мать, Алина. — выругался я, подходя. Секунду назад меня переполняла злость, а сейчас…
— Да что такое? — спросила она недоумевая.
Мои ноги быстро перелетели через ступени, и я крепко обхватил ее в свои объятия.
— Я так испугался, что ты ушла, — мой голос был запыхавшимся, но таким тихим. Она подняла на меня свои огненные глаза.
— Так просто ты от нас теперь не отделаешься. — улыбнувшись произнесла она, и я лишь крепче обнял их.
— Алина, — прошептал я интимным голосом ее на ухо.
— Александр, — произнесла она, делая тоже самое.
***
Глава 8.
— Demjin, черт тебя побери, ты чуть мой дом не уничтожил. — плюясь прикрикнула на меня хозяйка, стоя в дверном проеме.
Мда. Вылетая на улицу, я даже не заметил, что чуть не разрушил этот дом.
«Что же ты со мной творишь» — подумал я.
— Прощу прощения, — на моем лице заиграла мягкая улыбка.
Мария Ивановна обратила свой взгляд на Алину.
— И как тебя так угораздило?
— Если бы я только знала. — произнесла она и обратила на меня свои красивые глаза. Такие родные черты лица.
— Нам пора! — сказала Алина отводя от меня взгляд. Я нахмурился.
— Уже? — спросила женщина.
— Да!
— Может мы останемся здесь, — неожиданно для самого себя вставил я. Их взгляды обратились ко мне. — Здесь тихо и спокойно, плевать на власть и силу, плевать на все.
— Александр, мы не можем, — тихо ответила Алина. — По крайней мере не сейчас.
— А как же она? — спросил я смотря на малышку, сладко лежащую в маминых руках.
— С ней все будет хорошо, Мария Ивановна присмотрит за ней.
Доверять ребенка незнакомой женщине, хотя Алина ее знает. Я был не уверен.
— Все будет хорошо, — сказала она взяв мою руку в свою, и нежно поглаживая большим пальцем, — Она о ней позаботиться.
Скорее всего, это действительно было единственным верным решением. Я бы не хотел, чтобы она оказалась с нами, когда вся Равка стоит на пороге войны. Если Алина уверенна в этой женщине, то и я буду. Аврора тихонько спала пристроившись на Алининых руках. Аккуратно нагнувшись я поцеловал ее в макушку и произнес:
— Папа любит тебя. — а затем поцеловал и в лобик, слабая улыбка отразилась на моих губах.
Я пошел за своими вещами, которые не удосужился одеть. В большой комнате горел камин, и кот лежал на коврике рядом. Не зацикливаясь на этом, я прошел в ее комнату, в которой она жила последние девять месяцев. Несколько секунд я смотрел на детскую кроватку, которая стояла у окна. И лишь потом забрал свою черную кефту со стула и надел на свои плечи. Бросив последний взгляд на комнату я поспешил на улицу.
Когда я вышел, Алина отдавала Аврору Марии Ивановне
— Мама скоро вернётся, — прошептала она ей нежно.
— Береги себя, Алина, — твердо сказала Мария Ивановна, — И ты, Demjin! — она внимательно посмотрела на меня, — Жизнь ничего не стоит, если в ней нет того, ради которого хочется жить.