– Холодно! – заныла она. – Я же так и менингит могу подхватить! Ещё умру!
*На меня нахлынула странная волна. Я в этот момент почувствовала себя нашкодившим ребёнком, чуть не показав Бородатому язык, но вовремя сдержалась, приказав себе не оказывать ему сопротивления. Конечно… тому, кто стоит за твоей спиной лучше не хамить. Тело пронизывали странные ощущения, когда бёдра мужчины крепко прижимались к моим.
Я был бы и рад отодвинуться, но теснота ванной не давала свободы развернуться. Это было как во сне… Очень некстати разлился жар внизу живота, отчего пришлось поспешно прекратить взволновавшие меня водные процедуры, тем более что Дина уже окончательно протрезвела.
– Зачем вы меня под кран засунули? – обиженно пробубнила она. – Как я теперь домой пойду в таком виде? У меня тушь потекла! И вообще! Я похожа на мокрую курицу.
Я удовлетворённо улыбнулся и, закрутив кран, со смешком заметил:
– Думаю, раз ты начала предъявлять претензии, то тебе стало лучше.
– Мне надо умыться, – лишь на секунду ойкнув от своего вида, вновь задумчиво отозвалась Дина. Она изучала слегка помятое лицо в зеркале и проводила кончиками пальцев по тёмным дорожкам на бледноватых щеках.
Покосившись на её полосатую разметку, я хмыкнул и бросил девушке большое полотенце.
– Умывайся и суши голову. Мыло вот тут, – указав на бутылочку тягучей жидкости с ароматом какао, мельком взглянул на искрящиеся капельки воды на ткани своего пальто, которое так и не снял с момента прихода сюда. – Я буду на кухне.
Затем смущённо улыбнулся и быстро вышел из ванной, предоставив девушке возможность привести себя в порядок.
Я не мог поверить в то, что происходило в данную минуту, что эта девушка находится в моей квартире, рядом, за разделяющей нас тонкой стеной. До слуха приглушённо доносилось её недовольное бурчание, а также плеск воды и ещё какой-то шорох. И эта девчонка с поистине колдовскими глазами вновь так легко вывела меня из привычного отстранённого состояния. С мокрыми волосами и обиженным личиком она была поразительно похожа на ребёнка, и оттого неожиданно для самого себя я почувствовал прилив странной потребности заботиться о ней, однако когда её округлая попка случайно прижалась к моему паху, я ощутил совершенно иные желания, абсолютно неподобающие по отношению к юному созданию.
Потеряла сознания Дины не на шутку испугала меня, и именно тогда мозг абстрагировался от анализа взволнованного состояния, в которое меня, словно по щелчку пальцев, вновь привела пассия Эмина. Но когда опасная ситуация миновала, всем телом невольно ощутил странное беспокойство. Не слишком ли я волнуюсь за незнакомку? Ведь вижу её второй раз... Всего второй раз... Она пришла на одну из разгульных вечеринок моего братца. Она напилась так, как не подобает приличной девушке из хорошей семьи. Эти суждения заставили скривиться от неприязни. Всё-таки странные законы жизни… Девицы в квартире вели себя похлеще проституток, которыми местные девушки по большей части никогда не становятся.
Я усмехнулся, отодвигая старые студенческие воспоминания вглубь памяти, и презрительно исказил лицо при одной только мысли о тех неприличных выходках, которые творились в моём отсутствии. Задумавшись об этом, не заметил, как очнулся возле окна, и вдруг с удивлением понял, что невидяще смотрю на огни окон соседнего дома.
Итак, мне надо успокоиться. Сосредоточиться на чём-то. А когда я начинал нервничать, то руки чесались сварить себе кофе – тот самый, что по особому рецепту моего отца, а потому немедленно двинулся к буфету, где хранились снадобья для любимого напитка и пряности. Но, достав стеклянную тару с ароматными блестящими зёрнышками, я задумчиво поставил банку на место. В этой ситуации нужно было совершенно иное – тонизирующий отвар, который умеет готовить мама.
Но как только поставил кастрюльку на огонь, услышал, что из ванной больше не доносится шум воды. Я затаил дыхание, хотя прекрасно слышал движения девушки, шелест ткани её одежды, а затем и осторожные, несмелые шаги. В следующее мгновение смущённая Дина замерла на пороге. Её чисто вымытое личико без единого намёка на косметику полыхало розовым румянцем.
– Проходи, – приветливо сказал ей и указал на мягкое сиденье кухонного дивана. – Присаживайся.
– Спасибо, – всё ещё краснея, пролепетала она, усаживаясь на указанное место. – Мне так неловко… Со мной такого никогда не было. Да и… вы прекрасно понимаете, чем мне это может грозить… Позором и брезгливостью со стороны других.