— Вон там, понимаете? Только перейти мостик. А на той стороне вы сразу увидите патруль. Мальчик вас проведет.
— Понятно, — сказал следователь, пускаясь в путь.
Секретарь взял из машины папку с бумагами и одеяло. Они прошли под большим деревом, закрывавшим луну и покрывавшим все вокруг своей густой тенью. Выйдя из-под дерева, пошли по узкой тропинке среди бурьяна и ежевики, идти пришлось гуськом. Мальчик шел впереди, стараясь как можно выше держать фонарь, который в его худой и длинной руке раскачивался на ходу, за ним чернел коротенький силуэт секретаря, лишь блестели розовая лысина и очки в металлической оправе, последним шел высокий светловолосый следователь, который немного поотстал и теперь широко вышагивал длинными молодыми ногами. Вышли на берег высохшего рукава, и в нескольких шагах от мостика секретарь остановился.
— Подожди, мальчик.
Тот встал. Секретарь обернулся к следователю.
— Сеньор следователь.
— Что такое, Эмилио?
— Я постеснялся сказать вам раньше, дон Анхель, вы не поглядели на ваш лацкан?
— Нет, а что? — И, наклонив голову, увидел гвоздику. — Черт возьми, вы правы. Совсем из головы вылетело. Спасибо, что вовремя предупредили.
Он подошел к секретарю поближе, подставил ему грудь.
— Будьте добры, отцепите. Изнутри приколота двумя булавками.
— Мальчик, посвети-ка.
Парнишка повиновался и поднял фонарь, насколько позволял ему рост; при свете фонаря волосы следователя отливали золотом. Секретарь, глядя в очках на лацкан пиджака следователя, все никак не мог управиться с булавками. Наконец они были извлечены, и следователь вытащил цветок.
— Спасибо, Эмилио. Идем дальше.
Три фигуры гуськом прошли по мостику. Мальчик по-прежнему шел впереди с фонарем, качавшимся в его вытянутой, худой и длинной руке. Следователь, который шел последним, бросил цветок в ил, доски скрипели, прогибаясь под ним. Когда они сходили с мостика, в свете масляного фонаря сверкнула прорезиненная ткань треуголки жандарма Гумерсиндо, вышедшего им навстречу.
— К вашим услугам, ваша честь.
Песок приглушил щелканье каблуков.
— Добрый вечер, — сказал следователь. — Посмотрим тело.
Они подошли к берегу. Все встали и молча окружили труп. Грохотал водоспуск. Следователь взял мальчика за плечи.
— Подойди поближе, голубчик, стань здесь. Держи фонарь повыше. Не бойся.
Мальчуган вытянул голую руку прямо перед собой, удерживая фонарь на весу над трупом.
— Приступим к осмотру, откройте, — сказал следователь.
Молодой жандарм выступил вперед.
— Постойте, не вы. Секретарь.
Тот наклонился над трупом, поднял платье и полотенце, которыми он был прикрыт. Голубоватую белизну кожи оттенял черный купальник. Следователь наклонился и осмотрел тело.
— Положите на спину.
Секретарь приподнял труп, перевернул его. К левому боку прилипли песчинки. Следователь отвел волосы с лица.
— Дай-ка мне фонарь.
Взял фонарь из рук парнишки и поднес его к лицу Луситы. Зрачки были мутны, как покрывшиеся пылью осколки зеркала или маленькие кусочки жести. Рот открыт. Губы вытянулись, и рот походил на рыбий. Следователь поднялся.
— Когда вы сюда пришли?
— Мы, ваша честь?
— Да, конечно.
— Мы, ваша честь, пришли сюда в тот самый момент, когда эти молодые люди вынесли на берег пострадавшую.
— В котором часу?
— Примерно в двадцать один сорок пять.
— Так. Значит, без четверти десять, — сказал следователь. — А о ком вы говорите?
— О нас, сеньор, — выступил вперед тот, что был медиком. — О нас четверых.
— Хорошо. Она купалась с вами?
— Нет, сеньор следователь. Мы бросились в воду, услышав, что зовут на помощь.
— Вы с берега видели, как это произошло?
— Было уже темно, сеньор. Видно было только какое-то движение на поверхности воды.
— Кто звал на помощь?
— Вот этот сеньор и эта сеньорита, они были в воде.
Следователь обернулся к Паулине и Себастьяну. Потом снова спросил студента:
— Вы можете определить расстояние, которое было в тот момент между ними и пострадавшей?
— Я думаю, метров двадцать.
— Не меньше?
— По-моему, нет, сеньор.
— И в воде не было никого, кто находился бы ближе к пострадавшей?
— Нет, сеньор следователь, больше в реке никого не было.
Следователь обратился к Себастьяну:
— Вы в принципе подтверждаете то, что говорит этот сеньор?
— Да, сеньор следователь.
— А вы, сеньорита?
— Тоже, — сказала Паулина, опуская голову.