Такие мысли помогали расслабиться, но только на время, потом же ею снова овладевало отчаянное беспокойство: а вдруг что-то пойдет не так?
Весь день на Агатин телефон продолжали лететь сообщения. Илья просил назначить новую встречу и обещал, что на этот раз не подведет. Что он готов встретиться где угодно и когда угодно, выполнить любое условие. Если поначалу Инга не отвечала ему в наказание, то теперь попросту трусила. Пространство для ошибки было велико, а цена слишком высока – одно неверное слово, и рыба сорвалась. Инга боялась, что ей не хватит красноречия.
Однако пришел вечер, и стало ясно, что медлить больше нельзя. Вернувшись домой, Инга села в кресло, набрала в грудь побольше воздуха и открыла телеграм.
«Ты ничтожество, – напечатала она. – Из-за тебя мне пришлось менять планы. Это дорого будет тебе стоить».
«Ты ответила!!! Что мне сделать? Что ты хочешь? Только скажи».
«Ты не готов к тому, что я хочу. Это требует дисциплины, а ты настолько жалок, что неспособен на нее».
«Я способен! Я докажу тебе. Скажи, что мне надо сделать».
«Да ты пустое место. Неспособен даже распоряжаться своим временем. А еще умолял меня о встрече. Ты помнишь правила?»
«Выполнять все в точности, как ты скажешь».
«А ты что сделал?»
«Я нарушил правила. Но я хочу исправиться. Что мне нужно сделать, я все сделаю!»
Инга выдержала паузу.
«Прошу, не пропадай, – заныл Илья. – Я ничтожество, я жалок, но я хочу стать лучше. Прикажи мне, я на все готов, ты увидишь».
«Если бы я решила тебя наказать, то обычное место для этого бы не подошло. Твоя вина слишком велика. Наказание будет соответствующим».
Инга облизала сухие губы. От волнения у нее даже руки похолодели.
«Я понесу любое наказание. Я заслужил».
«Ты будешь очень громко кричать, поэтому нужно тихое место. Где никого нет. Где никто тебя не услышит».
«Ты знаешь такое место?»
«Да».
Пауза. Илья все время был онлайн, он явно ждал.
«Заброшенная военная база под Москвой. Там нам никто не помешает».
Инга отправила последнее сообщение и зажмурилась. Сейчас он скажет нет. Конечно, он скажет нет. Какой здравомыслящий человек на такое согласится.
Она долго просидела с закрытыми глазами, боясь взглянуть на экран. А когда наконец открыла, то прочла:
«Я приеду, куда ты скажешь».
Не позволяя себе поддаться радости, Инга быстро напечатала:
«Это еще не все. Ты должен добраться туда без машины».
«Но как?»
«Туда ходят электрички. И я хочу, чтобы ты поехал на электричке. Это собьет с тебя спесь».
«Я сделаю все, как ты прикажешь. Я не подведу. Во сколько я должен быть там?»
«В 18:00».
«Я должен взять с собой наручники и хлыст?»
«Нет. Когда ты приедешь на место, тебя будут ждать новые указания. Ты должен выполнить их. Как ты должен их выполнить?»
«В точности».
«Верно. Даже такое ничтожное существо, как ты, оказывается, бывает способно на правильные ответы».
Тем вечером Инга больше не сказала ничего. Илья клянчил у нее адрес, расспрашивал детали, но она оставалась неприступна. Ее несговорчивость объяснялась просто: она не хотела, чтобы Илья узнал о месте слишком заранее и предупредил кого-нибудь, куда именно направляется.
Вообще-то предосторожность была так себе. Во-первых, предупредить Илья никого особо не мог. Из родственников у него был только отец, который жил во Владивостоке (да и маловероятно, чтобы сын решился посвятить его в свои любовные похождения), а близких друзей не было вовсе. Инга подозревала об этом и раньше, но убедилась окончательно, выдавая себя за Агату. Что ж, это хотя бы объясняло, почему за время их отношений он ее ни с кем не познакомил. Во-вторых, ясно было, что, вздумай Илья подстраховаться и сообщить кому-то свое местонахождение, он сможет сделать это и в субботу, ведь встреча назначена на вечер. Однако Инге все равно казалось, что чем позже она раскроет все карты, тем меньше рискует.
Она проснулась в субботу рано, без будильника. Просто открыла глаза и сразу села на кровати. Во всем теле она чувствовала странную, наэлектризованную бодрость: сна ни в одном глазу, движения четкие, точные. Она умылась и сварила кофе. Выпила его стоя – сидеть совсем не хотелось, наоборот, хотелось сорваться, бежать, что-то делать.