– А сколько обычно приходит? – спросила Инга, одновременно заходя в детализацию счета, чтобы посмотреть, откуда пришли деньги. Может быть, ей что-то вернулось? Перевел кто-то другой?
– Да обычно еще одна зарплата, – сообщила Мирошина. – Иногда меньше, если вычитают за какие-то косяки. Больше – редко.
– Мне однажды приходило больше, – сообщил Аркаша. Он выбрал стратегию по задабриванию Мирошиной, которой пользовался уже несколько дней, – старался откликаться на любую ее реплику. Пока это приводило к противоположным результатам. – Но это давно было. Я тогда только корпоративный журнал запустил.
– А тебе пришло? – заинтересовалась Мирошина.
Инга подняла глаза – она смотрела на нее.
– Ага.
– Хм, странно, ты же у нас в штате пока недолго работаешь. Ну хорошо, к Новому году никогда не помешает.
Инга погасила экран и отложила телефон. Она порадовалась, что Мирошина не знает, сколько именно ей пришло, потому что это казалось странным даже самой Инге. Она хотела спросить об этом у Ильи, но не решилась писать. Спросит, когда увидит. Однако, посидев еще некоторое время, она не выдержала и написала Максиму.
«Прикинь, мне пришла премия в конце года».
«Поздравляю».
«Я не про то. Она ОГРОМНАЯ».
Максим ответил после короткой паузы.
«Насколько огромная?»
«В два раза больше моей обычной зарплаты. Я спросила – всем обычно платят просто еще одну зарплату. Больше – только за какие-то особенные заслуги».
«И ты думаешь, это?..»
Максим так и написал: вопрос и многоточие. Инга почувствовала, что ей стало жарко.
«Ну не мог же он выдать мне особо большую премию только за то, что я с ним встречаюсь», – остервенело стуча по клавишам, выбила она.
«Это была бы тогда совсем некрасивая история. Может, у тебя все-таки есть какие-то особые заслуги?»
Инга вспомнила все, чем занималась с тех пор, как начала работать. Первые два месяца они делали совместный проект с сетью клиник, в котором она тоже принимала участие, правда, роль у нее была не самая выдающаяся. С другой стороны, этот же проект и закончился той пьянкой в баре, когда она погладила Илью по руке, а он в ответ позвал ее на обед и сообщил, что ее берут в штат полноправным сотрудником. Может, она себя недооценивает и роль у нее была не такая уж маленькая?
Тут же, однако, пришла новая мысль: вдруг все еще хуже и это внеплановое окончание испытательного срока было его ухаживанием? Инга почувствовала, что ей стало еще жарче.
Потом он повез ее знакомиться со Сбербанком, и с ними все в итоге получилось в самом деле образцово – подписание договора было обставлено с помпой, все публикации во всех газетах вышли, а потом она еще и договорилась об интервью с Кантемировым в «Ведомостях». Может быть, дело в этом? Это расценивается как особая заслуга?
«Я неплохо поработала с одним проектом, который Илья мне поручал,» – написала она Максиму.
«Тогда, может, поэтому?»
«Наверное,» – напечатала Инга, но на душе у нее скребли кошки. Ей обязательно нужно будет поговорить с Ильей.
Тридцать первое декабря оказалось длинным и абсолютно бестолковым днем. Инга проснулась, радуясь, что сегодня выходной и Новый год, но уже через пару часов поняла, что в отсутствие дел время тянется бесконечно. Помимо этого, ожидание вечера ей отравляла мысль, что наслаждаться всей той мишурой, которую она любила больше всего: выбором наряда, подарками, шампанским в высоких бокалах, поглядыванием на часы, – открыто будет нельзя. Илья, конечно, ей не запрещал, но ведь он рассматривал сегодняшний вечер как обычное свидание, поэтому весь смысл Нового года – подготовка к нему – для Инги терялся. Не будет же она одна щеголять по квартире в блестящем платье и пить шампанское.
В этом были и плюсы, по крайней мере, Инга старалась их найти. Например, она ведь сама не любила миг, когда часы отбивали двенадцать, и в этом году ей, очевидно, легко удастся его не заметить. Но на самом деле это не утешало. Новый год для нее заключался в самом противоречии долгого предвкушения вначале и короткого пронзительного разочарования в конце. Это было все равно что париться в бане, а потом прыгнуть в сугроб – и как заново родился. Утром первого января Инга просыпалась именно такой. Если теперь лишить ее этого чувства, где же она возьмет силы на следующий год?
Чтобы занять себя, Инга стала убирать квартиру. Потом подумала, что можно что-нибудь приготовить, даже испечь. Имбирное печенье! Не слишком нарочито, не слишком сложно – и в то же время дополнительный штрих к новогоднему настроению. Из всех разновидностей готовки печь десерты Инга умела хуже всего, но сейчас у нее была куча времени, поэтому она сходила в магазин и храбро взялась за дело. Результат ожиданий не оправдал – тесто, хоть и охлажденное по рецепту в морозилке, липло к бутылке вина, которую Инга использовала вместо скалки, не отставало от стола, тянулось и мялось под пальцами, теряя форму. Инга провозилась с ним двадцать минут, прежде чем сдаться и выбросить. Впрочем, это ее не расстроило – на кухне остался стоять восхитительный запах имбиря и гвоздики, а ради этого, в общем-то, все и затевалось.