После чего закрыл крышку, запер на ключ, взялся за выдвижную ручку и поволок, пыхтя, этого монстра к кораблю.
Кодовые цилиндры забрака не подвели: корабль ожил, трап опустился, Люк затащил сундук и побежал в хижину посмотреть, не забыл ли чего. Хижина оказалась почти пустой, немного вещей, скудная кухонная утварь, которую Люк рачительно проредил, немного продуктов и моделька истребителя, еще не раскрашенная. Люк осторожно погладил ее, засунул за пазуху, вышел, запер дверь, поклонился в сторону могилы Бена и забрака и помчался к кораблю. Больше ему тут делать было нечего, а опасность — и это он чувствовал — дышала в затылок.
Корабль оказался великолепным: быстрый, достаточно просторный, чтобы вместить двух человек, с очень понятной панелью управления. Люк не был пилотом, но основы знал, не зря терзал пилотов и голонет, благодаря астродроиду смог вывести корабль на орбиту и проложить курс к неизвестному пока убежищу. А сам принялся осматривать каждый сантиметр пространства, чувствуя, что успел.
Он только потом, несколько лет спустя, узнал, что не дождавшись его, опекуны начали поиски, но ничего не нашли: поднявшаяся практически после его вылета песчаная буря скрыла все следы, и Люка Скайуокера, а также сумасшедшего Бена, отшельника с Пустошей, признали мертвыми. И нагрянувшие по чьей-то наводке штурмовики, усиленные подозрительными субьектами в черном, остались ни с чем. Дядя и тетя погоревали, но недолго: вскоре Беру забеременела, и им стало не до оплакивания пропавшего подкидыша, за своим бы родным ребенком присмотреть.
Но все это он узнает потом: сейчас его гнало вперед ощущение горящей земли под ногами. Корабль доставил его куда надо, Люк с грехом пополам смог приземлиться в указанных астродроидом координатах, осмотрел свое новое место жительства и приступил к просмотру доставшихся ему сокровищ.
Ни о какой Летной академии, поступлением в которую он бредил последние годы, Люк и не вспоминал. Не до нее было.
Что сказать… Начал Люк с простого: с дневников Бена. Отшельник вел дневник: переплетенные в кожу толстые тетради, заполненные мелким убористым почерком. Отшельник, оказавшийся совсем не Беном, а очень даже Оби-Ваном Кеноби, птицей крайне высокого полета, выплеснул на линованные страницы всю свою жизнь. Все сомнения, все переживания, всю свою боль. Люк читал размышления Бена о самом себе, о его ученике, об Ордене, о причинах, приведших к падению всех и вся. Смотрел редкие записи. Плевался и матерился, глубоко сочувствовал и сожалел.
С изумлением узнал, что у него есть сестра-близнец. Имена своих родителей и их судьбу. И не только их.
Ему понадобилось несколько месяцев, чтобы прочесть записи Кеноби и пересмотреть видеоматериалы. Еще примерно столько же, чтобы перечитать и нормально осмыслить узнанное, перейдя к записям Мола.
Все это время было чем заняться: планета, которая стала его новым домом, была малолюдной и тихой, походы на рынок и разговоры с привечавшей его доброй старушкой отлично прочищали мозги, потому что на экспрессивные жалобы женщина давала весьма мудрые советы, наполненные выстраданным годами опытом, рефлексии как-то плавно отошли в сторону, вытесненные заботами о банальном выживании, хотя хозяйственный Мол, имя которого Люк узнал из дневников Бена, натащил в убежище прорву запасов.
Если поначалу Люк удивился такому положению дел, то потом сказал спасибо, когда разбуженная в нем Сила, спящая до поры до времени, встала не с той ноги и принялась рваться наружу. И тут в дело вступило содержимое сундука Бена, а также наследство, доставшееся от Мола.
Там было все. Учебники, записи всех видов, книги, детали, даже печь для выращивания кристаллов Силы, а самое главное — голокроны. Десятки кубиков и пирамидок, содержащие и философию, и наглядные пособия по обучению бою: рукопашный, с сейбером, с Силой… Бен обнес хранилище Храма, пробравшись туда под носом у штурмовиков, Мол ограбил тайники своего учителя, которым оказался Император.
Как выяснилось, Мол знал, на что идет, и составил очень подробную инструкцию о том, с чего начинать и что делать дальше. Люк уже думал, что ничему не удивится, когда обнаружил записи о местонахождении Йоды. Первый порыв лететь и просить учить был задушен на корню: Люк успел начитаться о последствиях спонтанных решений. Не хотелось влипнуть неизвестно во что. Кроме того, ему не нравилось описание гранд-магистра в дневниках Бена и Мола.