Йода предстал древним дедуганом, слишком привыкшим к своему положению и не увидевшим за деревьями леса. Мол вообще в своих записях проходился по джедаям и их главе крайне нелестно, живописуя слепоту и полную политическую импотенцию Светлых. Единственный, кого уважал злобный забрак, был Кеноби, которого Мол мечтал то ли сделать учеником, то ли убить, то ли и то и другое сразу. Если честно, Люк поначалу не понимал такого отношения и вообще всей этой вражды, но постепенно, продираясь сквозь философские отступления, понял, что ему это и не нужно. И Бен, и Мол, которые могли возродить свои Ордена, предпочли погибнуть, дав ему право решать самому.
Мол так и написал. Изучай все, решай сам.
И Люк это решение принял, через два года учебы послав оба Ордена в сарлаккову задницу. Принять его помогла череда случаев: Люк полетел таки на Дагобу, отыскав в болоте Йоду. Что сказать… Старик не подкачал. Сначала строил из себя дурачка, видимо, просчитывая ситуацию и пытаясь понять, как реагировать, а потом просто отказался учить. Потому как взрослый Люк, полон гнева и сомнений.
Уговаривать его Люк не стал.
Он попрощался и улетел, выкинув Йоду с его закидонами из головы.
Следующей встретилась тогрута, оказавшаяся бывшей ученицей его отца. Она тоже резко и недвусмысленно отказалась учить, заявив, что не джедай, и посоветовала искать другого кандидата в наставники. Если честно, Люк обиделся. Не так он себе представлял джедаев, сплошное разочарование, которое вылилось в закономерный вопрос: к кому тогда? Раз джедаи слились? Может, к ситхам? На прочувствованную лекцию о коварстве Тьмы и ведущем в никуда пути Люк пожал плечами, заявив, что воспользуется блатом по-родственному. Дескать, неужели папаня не поможет сыночку по доброте душевной? У Главкома и правой руки Императора возможности должны быть ого-го какие!
Лицо тогруты надо было видеть. Вытянулось, как у вьючного дьюбека, и разума в глазах столько же.
На вялое блеяние, что это неправда и Энакин бы никогда, Люк развернулся и ушел. Судя по всему, с джедаями ему ловить было нечего. А вскоре выяснилось, что и с их идеологическими врагами та же самая история: буквально свалившийся ему на голову инквизитор вел себя настолько неадекватно, нес такую чушь, от него перло таким садизмом и гнилью, что отбивался Люк отчаянно. И сам не понял, как угробил бледнокожего урода с глазами цвета кровавого гноя.
Тем временем Империю шатало все сильнее. То восстание, то бунт, то еще какая веселуха. С одной стороны, Люку аж зудело включиться в процесс, с другой — он начал понимать, что не все так плохо, как орут противники Империи. И не настолько хорошо было в развалившейся Республике, раз все получилось так, как получилось. А потом стало не до страстных призывов восстановить демократию, потому как, возвращаясь домой, на ставшую родной планету на краю Дикого космоса, Люк встретил древнюю старуху, отчаянно защищавшую мальчишку от навалившихся на них штурмовиков. Он не смог пройти мимо и в результате сам не понял, как приволок их к себе. Старуха оказалась очень бывшим джедаем, а мальчишка — просто сильным одаренным, которого чудом не поймали инквизиторы. Выгнать Кипа и Виму рука не поднялась, хорошо хоть, в той глуши, где он проживал, лишних глаз не было. Кип все рвался в бой, желая мстить, Люк, у которого от этого мельтешения жутко болела голова, впихнул ему в руки дневники Мола, в которых тот прочувствованно вспоминал учителя и его методы обучения, а потом принялся думать, где взять побольше денег или что-то для обмена. Может, контрабандой заняться? К счастью, это осталось только мыслями, потому как потом Люк, опять совершенно случайно, встретил целую группу оборванных беженцев, тоже оказавшихся бывшими джедаями. Дурашки не хотели ввязываться в войну, свалили на вольные хлеба и отшельничали потихоньку, но Империя и Вейдер такого тихушничества не оценили, и Лорд практически единолично вырезал половину идиотов, решивших почему-то, что смогут быть полезными новой власти.
И вся эта толпа вцепилась в него, как в родного. А Люк понял, что пора делать ноги: такими темпами не за горами визит ситха. Зато у него появилась уйма разбирающихся в вопросах Силы разумных, и эти самые разумные не против обучать и его, в обмен на защиту и знания. Так называемые джен’саарай не горели желанием вновь предлагать свои услуги Империи. Зато у них были контакты таких же, как они, огрызков Ордена, и их тоже требовалось спасти. А Люк с изумлением понял, что неведомым образом стал главой этого табора.