Им сегодня предстояло проскакать еще немало верст, и, поскольку все уже было сказано, они отправились дальше. В первые два дня они успели проделать длинный путь вместе с Большим Волком и поэтому уже достигли прерии севернее Миссури. Дул резкий холодный ветер. По небу неслись серые тучи. Вскоре в воздухе закружились белые хлопья, оседая на гривы лошадей и путаясь в волосах всадников. Когда стемнело, начало подмораживать, на землю опустилась одна из тех ледяных весенних ночей, которыми была известна эта открытая местность.
Они остановились на ночлег. Маленький, еще полузамерзший ручей, несколько кустов, под которыми было еще немного сухих веток; плоский холм защищал крохотный клочок земли от ветра и снежной крупы, — удобнее места для привала здесь нельзя было найти.
Мустанги легли на землю. Они еще не успели полинять. Их зимняя шерсть была не очень красива, зато хорошо защищала от холода. Харка с трудом развел небольшой костер. Прислонившись к мустангам и накрывшись бизоньей шкурой, они с отцом немного поспали по очереди.
Когда через три часа после полуночи ветер разогнал тучи, всадники продолжили путь. Лошади забеспокоились, почуяв волков, и были рады поскорее покинуть эти места.
Так, преодолевая трудности и терпя лишения, Маттотаупа и Харка открывали для себя землю, на которой им предстояло жить. Людей же, которых им суждено было встретить в этих краях, они до этого дня еще не видели.