Карл, прищурившись, смотрел на неё. Как женщина Мелисса перестала интересовать его уже давно – с тех пор как он ознакомился с нетривиальными методами её работы. Когда это случилось, Карл в приступе бешенства едва не отдал начальнику охраны приказ устранить Мелиссу, но потом одумался. Смазливых мордашек вокруг полно, выбирай любую, а толковых и преданных организаторов у него наперечёт. Сейчас на Мелиссу были завязаны контакты с множеством нужных и полезных людей, включая бездельников-сенаторов и институтских умников.
– Как-нибудь в другой раз, – сказал Карл. – Тут вот какое дело, девочка. Через три месяца из тюрьмы выходит Стилет. Возможны осложнения с ним, ты наверняка догадываешься, почему и какого плана. В связи с этим меня беспокоит положение Сажи с детьми. Поговори с мужем, какое-никакое влияние на брата у него точно есть. Я бы хотел донести до того достаточно элементарную вещь. Я не вмешиваюсь в его дела, но хочу, чтобы моя дочь и внуки жили в безопасности.
– С Ежи не надо даже говорить, Карлик, – улыбнулась Мелисса. – Он и сам думает точно так же. Но я постараюсь это дело форсировать. Возможно, неделю-другую поработаю в Хармонте, присмотрюсь к обстановке. Справишься без спеца по организационным вопросам?
– С трудом, – улыбнувшись в ответ, искренне ответил Карл. – Ступай.
Неплохо я всё же устроился, думал Карл, выбравшись из здания мэрии на площадь Пильмана и щурясь на заходящее июньское солнце. Хороший дом, хорошая работа, дети, можно сказать, пристроены. Что ещё нужно простому, невзыскательному, разменявшему шестой десяток человеку. Карл усмехнулся, махнул рукой охране и двинулся через площадь по направлению к улице Барбриджа. Ах да, простому и невзыскательному, разменявшему шестой десяток нужна ещё хорошая жена. По этой части Карлу похвалиться было нечем. Он с неприязнью посмотрел на освещённые окна особняка, который отстроил для Дины, на силуэты танцующих пар за шторами. Вечеринка, как обычно, началась засветло и наверняка продлится до утра.
Из особняка в сад высыпала шумная компания, до Карла донеслись раскаты беззаботного хохота, затем они стихли, сменившись завываниями то ли рока, то ли рэпа, Карл в таких вещах не разбирался. Минутой позже он посторонился – мимо один за другим пронеслись четыре вырвавшихся из ворот особняка автомобиля. От метнувшейся из открытых окон какофонии у Карла заложило уши. В водителе головной машины он узнал Артура, на заднем сиденье умостились две то ли три девки с распущенными волосами.
Карл выругался в сердцах. Внешностью Артур пошёл в дядьку Барбриджа, своего покойного тёзку, а характером явно удался в мать. Подобрать ему хорошую девушку, что ли, думал Карл, провожая рассеянным взглядом задние огни уносящихся прочь автомобилей. Так ведь не поможет.
Поехали наверняка на Чёрное озеро, рассудил Карл. Будут там отплясывать на берегу, курить травку и окучивать девок. Хорошо, если только травку. И если только девок. Карл сплюнул. Как только его изберут губернатором, с Диной надо будет решать. И с Арчи тоже. Развод, конечно, пошатнёт финансовое положение Карла, и сильно. Адвокаты жены будут рвать его в клочья и кусок оттяпают немеренный. Однако ради сына он на это готов, хватит тому кобелировать под благословения любящей мамы. Должность в штате губернатора пойдёт мальчику на пользу. Поошибается, конечно, на первых порах, наломает дров, ну да на этот счёт у него есть отец.
Всё же права была Сажа тогда, четверть века назад, думал Карл, степенно ступая по ухоженной пешеходной дорожке. Дину надо было попросту грохнуть, как она выразилась. Замочить и таким образом решить все проблемы разом. Тогда, помнится, от одной этой идеи его воротило с души. Сейчас он жалеет, что не поступил так, как следовало бы. И вот пожалуйста – результат.
Сейчас уже поздно: скоропостижной смертью супруги дельца с сомнительной репутацией вряд ли кто стал бы всерьёз интересоваться. Безвременная кончина жены господина мэра дело совершенно другое. Интересно, сколько компрометирующих Карла материалов хранится в сейфах Дининых адвокатов. Дай бог этого никогда не узнать.
Ладно, подытожил Карл, поздно каяться, надо было каяться раньше. В сентябре выборы, пока они не закончатся, ему будет не до Арчи. Но едва станет губернатором, сыном он займётся вплотную.
Ян Квятковски, 46 лет, без определённых занятий
Вагонетки свалились с насыпи, с рельсов они смотрелись как чудовищная издохшая гусеница. На их фоне расплющенный в блин остов вертолёта выглядел и вовсе раздавленным пауком. Солнце оседлало пики хребта и готовилось, оттолкнувшись от них, уплыть на запад. С болота за спиной тянуло тухлятиной.