— И Крыс, — добавил Иван.
Уолк-Дэ смерил здоровяка недоумевающим взглядом:
— Ну да, ещё и Крыс… Потенциально вместе с нами Лавальк и Зелёный как служители Культа.
— Зелёный, — прошипел Крысолов, разглядывая карточку с улыбающимся молодым октопусом. — Чёрт бы его побрал…
Демон всё ещё не переваривал Зелёного, придумавшего по меньшей мере половину шуток о внешности Крысолова, однако ради дела был готов переступить через личную неприязнь. Вопрос в том, был ли готов Зелёный сделать то же самое и присоединиться к Кторвику, с которым до сих пор почти не разговаривал?
Капитан, МЛД
Немолодой октопус с тёмными щупальцами смотрел прямо в камеру. Его обветренное лицо покрывали морщинки, взгляд выражал упрямство и вместе с тем был каким-то наивным, едва ли не детским.
Подпись гласила:
Руководитель группы лётчиков-испытателей, стаж — 55 лет. Всесторонне развитая личность. Профессиональный драматический актёр, занят в Центральном театре имени Абрахрама Кла-Кро. Работает на господина Шол де-Мой, отличается преданностью и исполнительностью, любит свою семью (по некоторым данным, имеет десять детей от трёх жён). Сокровенная мечта — войти в историю в качестве исследователя Вселенной.
— Этого будем валить первым, — задумчиво проговорил Уолк-Дэ. — Октопус, конечно, почтенный: как-никак единственный лётчик-испытатель, проживший до ста двадцати лет… Да ещё и актёр. Кстати, был на его спектакле: очень даже неплохо. Правда, обычно ему достаются роли второго плана: очень уж типаж подходящий… не знаю, «октопус с тяжёлой судьбой». И мечта такая… не знаю, детская, что ли? Но к заговору не присоединится ни за что. Надеюсь, Рент-а-Ил сможет управлять своим детищем самостоятельно?.. Да? Вот и прекрасно. На обратном пути обойдёмся без капитана.
Далее шли четыре помощника капитана. Первый и третий принадлежали к корпорации ББЦ, двое других представляли компании жирных уродцев из Совета.
— А где, собственно, их имена? — спросил вдруг Паук.
Действительно, на карточках была обозначена лишь профессия осьминогов.
— Старая традиция лётчиков. На борту команда общается исключительно по своим званиям. Имена используются на земле, небо, мол, такого не терпит. Традиция может показаться глупой, но, если верить статистике, командиры, пренебрегшие ею, разбивались примерно на тридцать процентов чаще, — пояснил Уолк-Дэ, доставая следующую карточку. — Для нас, пассажиров, правило необязательное.
Главный инженер, ЦЦЦ
Совершенно ординарный октопус. Хорошо разбирается в механизмах, легко внушаем, плохой руководитель, является искренним почитателем Культа священных предков. Имеет жену (она же третий помощник капитана), детей нет. В прошлом наркоман, но сумел слезть с эйфории. Больше за употреблением замечен не был.
Корпорация ЦЦЦ принадлежала члену Совета шести, сидящему четвёртым номером на заседании. Относительно возможности присоединения главного инженера к «группе хороших парней» Уолк-Дэ ответил что-то неопределённое, явно сомневаясь в идеологической принадлежности осьминога.
Из пяти помощников главного инженера двое работали на Хединга, трое — на господина Шол де-Мой.
Исследователь-навигатор, «ОКРЛ»
Скрытный октопус, интересующийся исключительно наукой. Препятствовать заговору не будет.
— Этого я сразу отметил как нейтрального, — пояснил Уолк-Дэ. — Хединг уже пообещал ему лабораторию и содержание для научных изысканий.
Четверо помощников исследователя-навигатора, являющиеся обычными учёными, также принадлежали к корпорации «ОКРЛ», однако по большей части чисто номинально. Каждый из них заплатил немалые средства, чтобы войти в состав команды и, соответственно, в историю науки: на планете Вторых почти наверняка найдётся множество неисследованных объектов. Просто поле непаханое!
Вероятно, протолкнуть на роль ведущего Уолк-Дэ стоило Хедингу очень и очень дорого: пришлось отказаться от некоторых мест в составе экипажа. По всей видимости, служители Культа в глазах Совета шести также воспринимались в качестве людей Хединга, что серьёзным образом раздражало главного автора Культа. Пожалуй, даже больше, чем Уолк-Дэ в образе репортёра.