— А ты поняла, почему отец так сказал?
Девочка замотала головой. Утвердительно и отрицательно одновременно:
— Поняла! Это очень опасная тайна! Но от меня-то, почему надо было скрывать⁈ Я же своя, и никому не расскажу!
— Уже рассказала, — припечатал Куницын. — Хотене.
— Она же своя и никому не расскажет.
— Кроме своей мамы, — скривился Тимофей. — А мама поделится с подругой. Одной-единственной. И через день об этом будет знать весь остров. А через два — всё наместничество. А через три — мы будем отражать десант десятка княжеских родов. Долго продержимся?
— Ничего у них не выйдет! У нас едмеди, — гордо задрала нос Наташа.
— Едмедей перебьют из пушек и крупнокалиберных пулемётов. А потом прочешут остров на вертолетах с тепловизорами. Для надежности.
Тимофей встал и прошёлся по кабинету:
— Тайна потому и тайна, что знать её должны только те, кто может её использовать на благо рода. Не сёстры, не подружки, не мама с бабушкой и тёткой. А кто может её использовать на благо рода! Ты и мама не могли, потому вас и не посвящали. Умница-мама и не совалась в чужие тайны. А ты свой любопытный нос везде суёшь.
— У мамы Фили не было, — обиженно фыркнула Наташа.
— Тимофей прав, — ожила Хотене. — Тебе не следовало мне рассказывать. Я могу… — рука девушки коснулась рукояти ножа на поясе.
— И не думай даже! — резко оборвал Куницын. — Нахваталась у тайца! Просто опровергни утверждение, что женщины не умеют хранить тайны. И этой болтушке объясни.
— Я не болтушка, — насупилась Наташа.
Тимофей вздохнул:
— Ладно, «не болтушка». Постарайся не проколоться второй раз. Что ты собиралась здесь делать?
— Украсть эти, как их, векселя, — уже без энтузиазма произнесла Наташа. — Допросить с Филей пленных. Научить тебя магии…
— Тимофей Матвеевич, — пискнул селектор. — Вам письмо принесли. Из канцелярии наместника.
— Вот ещё не хватало, — буркнул Куницын, не ожидая от неожиданного послания ничего хорошего. — Неси.
Вскрыл конверт, пробежал текст, облегченно вздохнул.
— Что это? — Наташа с любопытством смотрела на документ. Словно ожидала какого-то чуда.
— Ничего страшного, — отмахнулся Тимофей. — Приглашают куда-то. Можешь посмотреть.
— Вау! Тебя зовут на осенний приём к наместнику! — чудо, кажется, свершилось. — В ближайший девятерик!
— Зовут, — согласился Харза. — Пойду. Или не пойду. Не до того.
— Ты не понимаешь, — покачала головой Хотене. — Это официальный приём. Его нельзя пропустить. Это…
— Как в суп императору плюнуть, — вставила Наташа.
— Примерно, — согласилась Хота. — Надо идти. И одеться соответственно. Наташа, как в воду глядела.
И завалила Тимофея кучей полезных указаний. Пока он не взорвался:
— Да откуда ты знаешь? В лесу же росла!
— Если я росла в лесу, это не значит, что меня ничему не учили. Меня готовили в жены главе рода!
— Кстати, — Куницын обрадовался смене темы. — Нам с тобой надо поговорить. Наедине. Наташенька, выясни, где сейчас твои лисы, и чем заняты.
— Это легко, — улыбнулась сестрёнка. — Где у вас тут хранится сыр?
Тимофей проводил девочку взглядом. Начинать такой разговор с практически незнакомой девчонкой не хотелось, но надо было ставить точки над «i»:
— Я по поводу нашей помолвки. Или сговора. Я не могу иметь детей.
— Это лечится, — пожала плечами Хотене.
— Ты неправильно поняла. Я могу иметь детей. Но мне нельзя их иметь. Та самая проклятая способность передаётся от отца к сыну. Если у меня не будет детей, род избавится от этой гадости навсегда. Это надо делать, Барчук уже прокололся. Не исключено, что причина последней войны совсем не в золоте. Не хочу, чтобы род бесконечно ходил под мечом. Но это значит, что моя жена должна отказаться от рождения детей.
— Детей вообще или только мальчиков? — деловито спросила девушка.
— Мальчиков. Только заранее же не узнаешь!
Хотене улыбнулась:
— Если твоей женой стану я, можешь не волноваться на эту тему.
— В смысле?
— Все-таки хорошо, что Наташа мне рассказала, — вздохнула девушка. — Я бы сейчас смотрела на тебя, как на идиота. Любая магиня может избежать последствий любви. То есть, забеременеет только тогда, когда захочет. А я еще и могу выбирать пол ребёнка. Например, рожать только девочек…
— Хоть десяток? — автоматически продолжил её фразу Харза.
— Лучше, всё-таки меньше, — качнула головой Хотене. — Наташа — тоже сможет. Это родовая способность.
— То есть, жениться на тебе — судьба?