— Тимофей Матвеевич, — тот поприветствовал Куницына бокалом.
Однако в глазах первого «корвета» плескалось пренебрежение, смешанное с опаской.
— Аристарх Симеонович!
— Примите мои соболезнования!
Тимофей мысленно скривился. Вот уж кто точно не расстроился! Этикет, блин! Кивнул:
— Спасибо.
— Как Ваши успехи на Шикотане? Не возвели ещё чего-то монументального?
— Помилуйте, Аристарх Симеонович, декада не прошла, какие тут стройки века!
— Ну, Вы человек быстрый. Я даже сказал бы: стремительный!
— Только когда надо кого-нибудь убить. А у Вас есть мысли по этому острову?
— Что Вы, Тимофей Матвеевич! Где я, а где Шикотан! Он мне, по большому счёту и неинтересен совсем. Ничего ж дельного не разместишь, желтомордые рядом.
— В чем проблема, Аристарх Симеонович? Уступите мне свою часть за денежку малую, и не будет у Вас голова болеть. А у меня для японцев сюрпризы всегда найдутся.
— Так ведь нет у меня стеснения с золотом, Тимофей Матвеевич. Так зачем же родовые земли разбазаривать?
— Про золото разговора нет, Аристарх Семионович. За одни земли следует другими брать. Или предприятиями.
— И что Вы можете мне предложить? — Морачев почувствовал, что разговор пошёл всерьёз.
— Все мои владения для Вас не секрет. Подумайте, что для Вас интересно.
— Что, и на агаровый завод можно зубы поточить?
— Почему нет? Точите на здоровье. Только Вашей части Шикотана маловато будет.
— И?
«Клюнул, — подумал Тимофей. — Что ж им агар этот, словно мёдом намазанный! Но тем лучше!»
— Смотрите, Аристарх Семионович. Если уступать завод, то и порт к нему — тоже. А порт единый с рыбзаводом. По сути, всё, что у меня в Корсакове есть, передавать надо. И шельф, что восточнее Сахалина. Согласны?
— Очень логично размышляете, — у Морачева загорелись глаза.
— А что взамен? — продолжил Тимофей. — Шикотан, само собой. И шельф в Татарском проливе. Соответственно, Ваш порт и перерабатывающий комплекс в Невельске. И, пожалуй, Монерон, до кучи. Как Вам такой размен?
— Интересно… Шельфы разной ценности, да и оборудование на заводах разное…
— Верно, считать надо, — согласился Куницын. — Но для того бухгалтеры есть. Если в принципе интересно, могу своих прислать, пусть с Вашими детали обсосут.
— Этих живоглотов Хорьковых? — поморщился Морачев, махнул рукой. — А знаешь, присылай. Может, и получится что.
Больше серьёзных разговоров не было. Прохаживались, угощались, раскланивались со знакомыми, перебрасывались парой слов. Надя чувствовала себя, как рыба в воде. А вот Тимофея и Хотене бесцельная трата времени раздражала. Куницын уже подумывал уйти, когда объявили главный сюрприз вечера.
— Дамы и господа, — Артём, сын наместника, вышел на подиум, в сопровождении высокого светловолосого парня. — Я хочу представить вам нашего гостя, чемпиона Российской империи по практической стрельбе из пистолета, княжича Павла Анатольевича Долгорукого-Юрьева!
Белобрысый вышел вперёд и поклонился:
— По юниорам, — поправил он товарища. — Надеюсь, что пока по юниорам.
— А вот и линкор! — ухмыльнулась Надя. — И чемпион, и княжич!
Москитный флот тут же пошёл в атаку:
— Скажите, Павел Анатольевич, а почему практическая стрельба, а не просто стрельба? Это разные вещи? — перекрыл шум густой бас.
— Очень разные, — услышав, наконец, внятный вопрос, Павел залился соловьём. — В обычной стрельбе люди стреляют по мишеням. Всегда одинаковые мишени, одинаковая дистанция. Запас времени. Очень комфортные условия. У нас всё иначе. На первом этапе мы стреляем по мишеням на подготовленной местности, где есть препятствия и мишени. И то, и другое может меняться, и уж как минимум, каждый раз расставляется по-новому. Но это только первый этап, на котором отбираются шестнадцать лучших. После этого участники разбиваются на пары, и начинается игра на вылет.
— Кто набьёт больше мишеней в каждой паре? — уточнил всё тот же бас.
— Нет, — улыбнулся княжич. — Мы стреляем друг в друга. Кто больше раз попал, тот и выиграл.
— Как друг в друга⁈ — ахнула забальзаковская блондинка. — Так же и убить можно!
— Невозможно, — отмахнулся Долгорукий. — У каждого участника амулет щита. Он не только отражает пули, но и ведёт учёт попаданий. У каждого десять выстрелов. Как только один из участников израсходовал все патроны, второй пистолет отключается. Выигрывает тот, кто попал больше раз. Потом вторая схватка.
— То есть, один стреляет десять раз, а второй, к примеру, семь? — не унимался басистый.