- Закат человеческой цивилизации произошел. Это происходит по всем континентам. – сказал мне Винсент. – Мы все сегодня потеряли не только наши жизни, но и этот мир. Сочувствую тому, что с твоими родителями произошло такое.
Я поглядел в лицо своего друга. Он, хоть и старался держаться и поддержать, но и в его глазах прослеживались следы слез. Он сегодня тоже потерял все, но пытался не впасть в уныние.
- Куда он их забрал? – спросил я его.
- Кто знает, друг мой, кто знает. – ответил он, присаживаясь напротив. – Наверное, в лучший из миров. Чтобы они не видели всего того, что происходит здесь.
- В Рай?
- Рай и Ад – это лишь вопрос веры и попытка описать то, из чего человечество было изгнано. В Мироздании полно миров, как хороших, так и нет. Нам же эта возможность представлялась увидеть после жизни. Но сейчас мы отделены от Мироздания тьмой. И со смертью теперь мы будем уничтожены. Но есть последняя надежда.
- Что толку от того, что мы найдем ту девчонку? Она-то и мира не видела, да еще и в приюте. – ответил я.
- Рано ты сломался. – сказал Винсент. – Именно это дитя залог жизни или смерти для нас. Только от нее будет зависеть будущее всего человечества. Потому я и ушел из церкви. Она погрязла во лжи. В тайных залах, куда нет доступа простым людям, только Папе и части доверенных лиц, есть скрижаль, в которой описано то, что происходит сейчас. И знаешь, там говорилось о ребенке, который всегда нес мир в руках. За его спинами всегда стояло несколько людей. Не знаю, кто они были, но были или защитниками, или наставниками для него. Они поклялись, что всегда будут защищать дитя, которое будет вести людей к миру, добру. И тогда тот, кто приходил извне, не трогал этот мир. И все продолжалось. А затем. Да кто знает. Войны, убийства, все то, что происходит сейчас, и никто не ждал его прихода. Вся наша история была сделана нами, вместо мира мы выбрали то, что сейчас обрушилось на нас. Кто-то посчитает это несправедливостью, другие же увидят в этом правосудие за сделанное нами.
- Когда я был в его цитадели, он сказал мне тоже самое. Что кто-то должен спасти дитя. – ответил я. – Сэм в детстве мне говорил об этом, что я должен был помнить. И то существо мне сказало об этом.
- Значит, он выбрал тебя как защитника, и наше знакомство было предопределено еще до нас. – ответил мне Винсент. – Нас выбрали, чтобы мы нашли это дитя. И именно поэтому мы все еще живы.
- Но почему мы?
- Избранными не рождаются.
Если бы это было другим временем, я бы ни за что ему не поверил. Но сейчас, глядя в его искренние глаза, я понял многое. Сэм еще в детстве готовил меня к тому, что произойдет, делясь своими секретами. Он хотел, чтобы этого не произошло. И конца истории он не рассказал, потому что ее еще нет.
- Но от чего мы должны спасти ребенка? – спросил я.
- От линчевателей, и культистов. В любом случае они все захотят убить дитя, чтобы отомстить. Но отомстят лишь себе. Поэтому мы должны показать ей, что мир хоть и погружен в хаос, все же не все добродетели забыты.
Вскоре пылающие земли скрылись из виду, мы летели над темной водной гладью. Не знаю, на что ориентировались пилоты, но они знали, куда летели. Вскоре показались на горизонте небольшие огни, стремительно приближавшиеся к нам. Вдруг вертолет завис, и стал медленно опускаться на палубу большого авианосца. К нам сразу подбежали военные, говорили они на своем языке, но Винсент хорошо говорил.
- Добро пожаловать на последний оплот человечества, - сказал Винсент, показав мне рукой на корабль, - внутри расположилось множество людей, которых мы подобрали и дали кров. Думаю, что хозяин крепости не скоро переключит свое внимание на нас, поэтому мы в безопасности, пока.
- И куда мы направимся?
- Мы направимся в Швецию. Где нашли дитя. Координаты мы знаем. Туда уже был направлен отряд поддержки. Только со связью перебои. – ответил Винсент. – А сейчас, Стивен, нам нужно отдохнуть.
Мы с ним отправились внутрь башни корабля. Поднявшись по трапам, мы вошли в нашу каюту. Винсент сказал, что ему нужно уладить еще пару дел, покинул меня, оставив одного в каюте.
Уснуть у меня не сразу получилось. Но и во сне я увидел Мисти со своим ребенком, как и родителей. Они стояли в свете, улыбаясь мне. «Мы ждем тебя» - услышал я нежный голос своей жены, и проснулся.
За дверью в каюту ходили люди туда-сюда. Кто-то просто ходил, кто-то по делу. Я взглянул на часы: было половина восьмого. Темнота за окошком иллюминатора никуда не исчезла. Койка Винсента была пуста. Или он уже был здесь, или же нет, но в любом случае надо выйти и проветриться.