Выбрать главу

Слушать тайные мысли, тайные желания неприятно не только шлюхам, но и обычным женщинам других профессий, и все же всю тяжесть знания мужской сущности выпадает познать вместе с хорошо оплаченными унижениями и такие вот исповеди гулящим девкам. Порядочные женщины получают ложь, лесть и букеты роз в качестве извинений.

Мужские предпочтения не стоят женских страданий, надо просто помнить, что они есть и жить не мучая себя чужими заскоками. Красотки и не стали спорить, оставив это удовольствие мужчинам. Атмосфера накалялась.

- Ага, а еще у них СПИД. – Руслан при всех раскладах был на стороне цивилизации. Им двигала, укоренившаяся еще с юности боязнь ЗППП и привычка к комфорту.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- СПИД есть везде. – философски возразил Глеб, немного подумал и решил как умел успокоить однокашников. - Без брони мы по бабам не ходим, а с нашей работой сдохнуть можно быстро и в окопе. Да, хоть от молнии, если совсем не фортит. 

Вот на этом интересном месте, после пророческих слов Глеба, надо было так случится, разряд электричества ослепил, удар грома оглушил гостей так, что дрожь от стекол пробежала холодными мурашками по разгоряченной коже, предупреждая об опасности плотно окружившей строение. Девчонки взвизгнули, когда двери центрального холла, где устроилась на диванах веселая компания открылись, впуская в зал нового посетителя – девушку яркую, красивую, но абсолютно чужую на этой пирушке.

- Смотрите-ка, Воронину Макс Бох (Бохвалов) послал еще один (подогнал) кусочек сыра! – Заржал Руслан. – Может хоть эта подойдет?

- Кожанная косуха, штанишки, девочка явно в теме. Крошка, ты принесла наручники? – Макс внимательно рассматривал незнакомку. Она не была скромняшкой: глаз не отводила, не дергалась, не показывая страха перед разгоряченными выпивкой и флиртом самцами, играющими в «ну-ка отними».

- Макс, сегодня мы отдыхаем! Оставь в покое своих мазохистов. - Глеб

- Ну ка повернись к нам попкой! Титьки есть, ноги есть! – Руслалн.

- Ничего такие ножки, я бы даже сказал ножищиии… - Глеб. Как так получалось, говорил ли он о женщинах, или об оружии – выходило одинаково.

-Оружейный барон, щас разложит оружейный блядский батальон – Руслан в душе всегда был поэтом.

- О, смотрите как новенькая глазками стреляет! Кажется мы ей не нравимся… - Максим не любил случайные знакомства, предпочитая выбирать спутниц в агентстве. Сегодня у них уже все было свое с собой и надо как-то этих озабоченных придурков оттащить от барышни пока они в конец ее не испугали.

- И что? Главное – она нам нравится. – Заломил бровь Глеб.

- А мне нравится больше ротик. – Рус вернул передачу приятелю.

- Да, хороший ротик. – Согласился  Глеб. И сделал предложение, от которого сложно отказаться - Детка, заработать на сладкое не хочешь?

Как бы вы повели себя окажись, окруженной стаей голодных бродячих собак одичавших, осознающих свою силу и ваше одиночество? 

Новенькая приятно удивила. Но история будет рассказана по порядку.

- Да тут с вами, мальчики, можно заработать только гонорею.  Вы попутали мягкое с теплым. Я клиент. Мне нужен один одноместный и ужин в номер. – вздернула носик горе-путешественница.

- Заведение арендовано полностью на выходные. Так что либо спишь в моей койке, либо на улице. – Глеб выдвинул ультиматум первым.

- А я бронировала на фамилию Милорадаласкаева и у меня оплачено, - протараторила свою дурацкую фамилию вредная деваха. Похоже ФИО у нашей прекрасной незнакомки больное место еще со школы, ахиллесова пята, которая заставляет краснеть щеки.

Администратор проверил данные по базе и подтвердил слова странной женщины молча развернув экран монитора вип-клиентам.

- Год назад? Вы, - подбирал слова Глеб желание общаться стремительно падало. Таких продуманных женщин он опасался еще с училища, - серьезная такая девушка… 

- И фамилия у вас такая говорящая… Так что, Ра-да Ласкаева, - уже Макс подхватывая подкат друга просмаковал, растягивая на слога имя, чтобы добить нашу путешественницу окончательно, - будем знакомиться и останемся близкими друзьями или расстанемся? Короче хреново мы расстанемся, Радочка, здесь на празднике жизни чужие нам не нужны.