— Ну что ж, мистер Поттер, давайте я вас провожу домой и распрощаемся.
— Давайте, — согласился Гарри, как раз доедая мороженое. Облизал ложку, заглянул в опустевшую креманку и вдруг спросил: — А вы знали моих родителей?
Квиррелл покачал головой:
— Нет. Они были на пятом курсе, когда я пришел в школу. Между нами слишком много лет разницы, к тому же меня определили на факультет Когтевран, а ваши родители учились на Гриффиндоре.
— А какой факультет лучше? — поинтересовался Гарри. Квиррелл засмеялся:
— Мистер Поттер, этот вопрос бесполезно задавать бывшему ученику, ведь для каждого самый лучший факультет — это тот, на котором он учился. Я — когтевранец, и я отвечу, что Когтевран — самый лучший, то же самое скажут и гриффиндорец с пуффендуйцем, и слизеринец!
— Я вас понял! — развеселился Гарри. — Всяк сверчок хвалит свой шесток.
— Верно, — кивнул Квиррелл и вдруг погрустнел. Что же он Дамблдору-то скажет? А ведь ждет старик, ждет не дождется своего героя… А Гарри он сказал совсем другое: — Ваших родителей хорошо знают профессора, которые до сих пор работают в Хогвартсе, это МакГонагалл, Флитвик, Кеттлберн, Стебль и Снейп.
— Про Снейпа я слышал, — нахмурился Гарри, — мне про него рассказывали. Профессор, а почему я знаменит? Меня тот коротышка в цилиндре на улице как-то поприветствовал много лет назад. Мама с тех пор велела кепку носить, сказала, что меня по шраму узнают. Кстати, а вы случайно не знаете, откуда у меня на лбу это украшение взялось?
— Случайно знаю… — тонко улыбнулся Квиррелл. — Это Темный Лорд по имени Волан-де-Морт в вас заклятием кинул, а вы его лбом отразили. После чего Темный Лорд сгинул навсегда. Так Дамблдор говорит, лично я в это не верю.
— Во что именно, в то, что я отразил заклятие лбом или что он сгинул? — уточнил Гарри.
— Во всё, мистер Поттер, во всё. Во-первых, есть некоторые признаки того, что Темный Лорд не исчез окончательно, а во-вторых, заклятие убийства не отражается ни от чего и не оставляет следов. Никто в точности не знает, что именно произошло в ту роковую ночь на Хэллоуин. Просто обнаружили мертвых Поттеров, а их маленького сына в разрушенном доме не оказалось. В полиции сказали, что мальчик в это время гостил у родственников, а нам, волшебникам, Дамблдор рассказал только, что Гарри находится в безопасном месте. Вот и всё, что нам известно о тех событиях.
— А дом почему был разрушен? — дотошно вопросил Гарри, желающий знать все подробности. Квиррелл растерянно развел руками.
— А я не знаю, мистер Поттер, кто-то хитро замел следы с помощью взорванного газа. А сам он взорвался или его намеренно рванули — об этом уже никто никогда не узнает.
Они помолчали, Гарри рассеянно скользил взглядом по сторонам, увидел, как Флориан Фортескью вытирает соседний стол, как взмахом руки поднимает в воздух стулья, а те переворачиваются и вверх ножками встают на стол. Кивнув на него, мальчик вполголоса заметил:
— Гляньте, он без палочки колдует.
Квиррелл обернулся, оценил и кивнул:
— Да, некоторые могут и без палочки колдовать.
— Знаете… а я всё-таки приеду, — решил Гарри. — Хочу научиться хотя бы так колдовать. У вас там прорицанию обучают?
— Да, — осторожно ответил Квиррелл.
— Отлично! — подытожил Гарри. — Это мне подходит. Ведь экстрасенсам палочки не нужны.
Квиррелл улыбнулся. Передал Поттеру билет на Хогвартс-экспресс и проинструктировал, как пройти на платформу девять и три четверти. Потом тем же маршрутом провел сквозь бар, на электричке доставил домой и с рук на руки сдал родственникам.
Как только за профессором закрылась дверь, Гарри, издав пронзительный визг, прыгнул к маме, крепко обнял её и счастливо проверещал:
— А я не волшебник! Ур-ра-а-ааа!!!
Шок был полнейшим. Как? Почему? А вот так! Он не смог купить волшебную палочку. Так что он, наверное, просто медиум и будет учиться в Хогвартсе тому, как управлять своим даром находить людей по фотографиям. А ещё хочет научится передвигать вещи взглядом; кажется, это называется «телекинез»?
Гарри был так взволнован и возбужден, что Петунья срочно загрузила его работой, чтобы он не распалился, а направил энергию в нужное русло. Что ж, за работой Гарри и успокоился. Методично орудуя шваброй, он постепенно остыл, отдышался и с головой окунулся в привычную рутину. До блеска вылизал дом, попутно шугая мокрой тряпкой кошку, которая беспрестанно путалась под ногами, легонько хватала коготками за штанину, заглядывала в глаза и вопросительно мяукала, словно о чем-то спрашивая… Отпихивая Талию шваброй, Гарри тихо ворчал на неё: