Так и прошел август. Уборка дома, работа в саду, чтение за едой. Круглосуточная рутина разбавлялась шуточками Дадли, кошачьими проблемами — Талию то и дело тошнило, то рыбу не переварит, то шерсти наглотается, то ещё что-то… те, у кого есть кошка — поймут. Ругался и орал попугай, воняла в аквариуме безымянная черепаха. Тихо умирало лето, сменяясь дождливой осенью.
Первого сентября Гарри проснулся рано, сорок минут отмокал в ванне, пока не остыла вода, набрал новую и тщательно вымылся, потом долго одевался, никак не мог решить, что надеть. Наконец остановил выбор на любимой синей рубашке-мустанг, потертых джинсах и верных разношенных кедах, на свои темные кудри Гарри натянул бейсболку, её широкий козырек отлично скрывал шрам. Оглядев себя в зеркале, мальчишка скорчил рожу, сделал страшные глаза и зловеще прогундосил:
— Я иду-у-у к тебе, Дамблдо-о-ор…
Зачем и почему к Дамблдору, Гарри не знал, но его интуиция подсказывала, что человека, который подбросил его на порог морозной ночью, уважать не стоит. А своей чуйке Гарри доверял и собирался поиздеваться над старым директором, которого он представлял почему-то как Мерлина, вредного и хитрого старикашку.
Я за Гэндальфа — горой!
И чихаю на Моргану.
Подавись-ка бородой,
Недо-Мерлин сраный!
После завтрака семейство погрузилось во вместительный «форд седан», и Вернон доставил их на вокзал Кингс-Кросс. Гарри прикатил тележку, Вернон выгрузил в неё из багажника чемодан и сундук, а Петунья пристроила к ним сумку с провизией и переноску с Талией. На чей-то визгливый вопль что-то там о магглах Дурсли едва обратили внимание, дружно подкатывая тележку к нужному барьеру. Сам переход из мира в мир Гарри совершил один, молча попрощавшись с родными — говорить он не мог, в горле стоял комок, но слез Гарри не скрывал. Шмыгая носом, он плелся вдоль вагонов, утирая рукавом слезы и сопли. Его толкали, на его ноги налетали какие-то голохвостые пятнистые каракалы, вот пробежала белая собачонка, и Гарри невольно протер глаза — что за черт, у него всё раздваивается и расплывается уже! — но зрение его не обмануло, у собаки действительно было два хвоста. На всякий случай Гарри перекрестился.
Раздался свист пара, Гарри посмотрел вперед и увидел головной поезд. Три стандартных грузовых вагона, тендер с коксом и сам паровоз, старинный и красивый. Вытянутый, ярко-алый цилиндр, ржавый скотоотвал, здоровенный котел, в общем и целом Хогвартс-экспресс словно сошел с картинки из галереи музея машиностроительства.
Завороженный красотой и плавностью линий Гарри замер надолго — восхищенно рассматривал алый паровоз, не замечая, что на него внимательно смотрит машинист и озабоченно хмурится при виде мокрых дорожек на щеках мальчугана. Тем временем кочегар позади него добросил угля в топку и отдернул клапан, выпуская лишний пар. Паровоз испустил ещё один вопль-свист. Гарри, придя в себя, растерянно оглянулся, начиная понимать, что время на посадку упущено — на платформе находились только взрослые. Они стояли вдоль вагонов и прощались с детьми, которые высовывались из окон, тянули руки и махали им, что-то крича.
— Эй, давай сюда, паренёк! — окликнул Гарри машинист. Мальчик облегченно улыбнулся и, подкатив поближе тележку, передал в руки чумазому мужику переноску с кошкой, потом сундук с чемоданом и, прихватив сумку, забрался сам. Он был просто счастлив неожиданно получить приглашение в кабину машиниста, в святая святых поезда, да уж… не иначе как ему повезло!
Сундук втиснули в закуток напротив топки, сверху плюхнули чемодан, сам Гарри устроился на почетном месте — перед панорамным окном, здесь было очень шумно, но, как ни странно, голос машиниста был хорошо слышен:
— Впереди паровоза есть маленькая бегунковая тележка, которая имеет возможность поворачиваться относительно основной рамы. Вот она, сразу перед зелёной паровой машиной…
Чумазый палец показал на скругленный куб, затем машинист басил дальше:
— Она нужна для того, чтобы паровоз вписывался в кривые — мог поворачивать легче.
Вот паровая машина, она преобразует энергию пара в механическую энергию, движущую колёса. За паровозом идёт вагон-тендер, туда грузятся запасы угля и воды…