Итак. Пронесся по зальчику световой ветер, разлетелись во все стороны призраки, чему очень обрадовались дети, впервые в жизни увидевшие привидений и не слишком-то желающие знакомства с ними. Вернулась за ними профессор МакГонагалл и снова повела их по бесчисленным коридорам. Гарри шел позади больного мальчика, готовый в случае чего подхватить его. Стройной колонной шеренга ребят плечом к плечу пересекла холл, в котором уже побывали при входе в замок, и, пройдя через двойные двери, оказались в Большом зале.
Гарри даже представить себе не мог, что на свете существует такое красивое и такое странное место. Зал был освещен тысячами свечей, плавающих в воздухе над четырьмя длинными столами, за которыми сидели старшие ученики. Столы были заставлены сверкающими золотыми тарелками и кубками. На другом конце зала за таким же длинным столом сидели преподаватели. Профессор МакГонагалл подвела первокурсников к этому столу и приказала им повернуться спиной к учителям и лицом к старшекурсникам. Перед Гарри были сотни лиц, бледневших в полутьме, словно неяркие лампы. Что-то заставило Гарри посмотреть вверх, и он увидел над собой бархатный черный потолок, усыпанный звездами.
— Его специально так заколдовали, чтобы он был похож на небо, — прошептала оказавшаяся рядом лохматая девочка с карими глазами. — Я вычитала это в «Истории Хогвартса».
Было сложно поверить в то, что это на самом деле потолок, Гарри казалось, что Большой зал находится под открытым небом. Потом Гарри посмотрел на стоявший перед ними самый обычный на вид табурет, а на нем — на остроконечную Волшебную шляпу. Шляпа была вся в заплатках, потертая и ужасно грязная. Его любимая мамочка сразу бы выкинула такую на помойку. «Интересно, зачем она здесь? — подумал Гарри. В голове его сразу запрыгали сотни мыслей. — Может быть, надо попытаться достать из нее кролика, как это делают фокусники в цирке?» Он огляделся, заметив, что все собравшиеся неотрывно смотрят на Шляпу, и тоже начал внимательно ее разглядывать. На несколько секунд в зале воцарилась полная тишина. А затем Шляпа шевельнулась. В следующее мгновение в ней появилась дыра, напоминающая рот, и она заговорила глухим баритоном:
— Ладно, достаточно… Песенку потом послушаем, дети голодные. Приступим, пожалуй. Так, заместитель, где вы там?
Профессор МакГонагалл нервно икнула, покосилась на стол профессоров и, получив растерянный кивок от директора, шагнула вперед, разворачивая длинный свиток пергамента.
— Когда я назову ваше имя, вы наденете Шляпу и сядете на табурет, — произнесла она несколько смущенным голосом.
— Начнем. Аббот, Ханна!
Девочка с толстыми косичками и порозовевшим то ли от смущения, то ли от испуга лицом, спотыкаясь, вышла из шеренги, подошла к табурету, взяла Шляпу и села. Шляпа, судя по всему, была большого размера, потому что, оказавшись на голове Ханны, закрыла не только лоб, но даже ее глаза. А через мгновение она ласково заговорила:
— Ты ж моя лапушка! Красавица и солнышко, ступай в Пуффендуй, моя милая…
Те, кто сидел за крайним правым столом, разразились аплодисментами. Заметно повеселевшая от похвалы Шляпы Ханна встала, пошла к этому столу и уселась на свободное место. МакГонагалл проводила её слегка опешившим взглядом, но продолжила зачитывать имена из списка.
— Боунс, Сьюзен!
— Ещё одна красавица! — нежно заворковала Шляпа. — Пожалуйте к столу Пуффендуя, моя хорошая!