— Бут, Терри!
— Уй какой умный малыш! Однозначно — в Когтевран!
— Финч-Флетчли, Джастин!
— Ах ты ж барсучонок такой, ути-пути… Пуффендуй!
— Грейнджер, Гермиона!
С ней у Шляпы начался спор:
— Ну какой Гриффиндор, дорогая? Нет-нет-нет, и думать не смей, сожрут тебя львы, красавица, как пить дать сожрут. Так что ступай в Когтевран, дорогуша, и не спорь со мной, не то домой отправлю!
— Но, Шляпа…
— Хочешь домой, милочка?..
После такого вопроса девочка передумала и рванула к столу Когтеврана. Профессор МакГонагалл странно посмотрела на Шляпу и вызвала следующего из списка:
— Долгопупс, Невилл!
Стоявший рядом с Гарри больной мальчик вздрогнул и поковылял к табуретке, сел…
— Ах ты, бедняжка… простудился, маленький? Ну-ка бегом к Пуффендую и сразу в больничку, ладно, мой хороший?
У Невилла, однако, хватило сил поспорить:
— Но бабушка…
— Я помню твою бабушку, мальчик, её амбиции и тогда зашкаливали. А тебе я советую идти на Пуффендуй, там ты точно найдешь себе друзей.
Ну, хочешь не хочешь, а пришлось подчиниться, Невилл чихнул, встал и пошел к столу, за которым сидели ученики его факультета. Не прошедших отбор первокурсников оставалось все меньше. Мун, Нотт, Паркинсон, девочки-близнецы Патил, затем Салли-Энн Перкс и, наконец…
— Поттер, Гарри!
Идя к табурету, Гарри старался не слушать возникшие тут-там шепотки. Последнее, что увидел Гарри, прежде чем Шляпа упала ему на глаза, был огромный зал, заполненный людьми, каждый из которых подался вперед, чтобы получше разглядеть его. А затем перед глазами встала черная стена.
— Ну, дорогой… — ласково зажурчал в ухо теплый баритон. — Ты уже сам знаешь, куда тебе надо, а?
Казалось, Шляпа улыбается. Гарри согласно кивнул:
— Да, я хочу в Пуффендуй, — и добавил шепотом: — К Ханне…
— Понимаю… — хихикнула Шляпа и провозгласила в зал: — Ступай в Пуффендуй, мой храбрый барсук!
Гарри встал, с уважением снял с головы чудесную Шляпу и отдал её остолбеневшей МакГонагалл. Прошел к столу и сел рядом с Невиллом. Тот почему-то с растерянным удивлением глянул на него, Гарри широко улыбнулся ему, вытащил из-за пазухи Тревора и отдал владельцу. И стал смотреть по сторонам.
Теперь он наконец получил возможность увидеть главный стол, за которым сидели учителя. В самом углу сидел бородатый верзила Хагрид. А в центре стола стоял большой золотой стул, напоминавший трон, на котором восседал длиннобородый старец, в котором Гарри признал Альбуса Дамблдора — а вот и Мерлин! Еще Гарри заметил профессора Квиррелла, нервного молодого человека, своего сопровождающего. Из-за стола Слизерина его сверлил взглядом обиженный чем-то Малфой.
Церемония подходила к концу, оставалось всего трое первокурсников. Лайзу Турпин зачислили в Когтевран, и теперь пришла очередь Рона. Гарри видел, что тот даже позеленел от страха, когда Шляпа отправила его в Слизерин.
— Но я не хочу туда! — истошный вопль Рона прозвенел на весь зал.
Шляпа чопорно возразила:
— Что значит «не хочу»? Ты ж чистокровный до мозга костей, хитрый и ленивый, как змея. Марш в Слизерин, засранец!..
Последнего, Забини, Шляпа отправила туда же.
Глава 10. Слово Божье
Зал мертво молчал. Сотни глаз сверлили мальчика за столом Пуффендуя. Когда стихли аплодисменты после распределения Блейза Забини, настала вопросительная тишина, все растерянно смотрели то на директора, то на Гарри Поттера. Сам директор пребывал в сильнейшем шоке, он смотрел на Гарри и не верил своим глазам — вместо робкого забитого тихони-сиротки приехал крепко сбитый мальчуган. Потом, насилу совладав с собой, Дамблдор поднялся, раскинул руки и произнес традиционную речь, после чего объявил о начале пира.
Четыре известных слова, и вот столы ломятся от яств. Детки, радостно завопив, набросились на еду, что не преминула прокомментировать с табурета Шляпа:
— Вот видите, голодненькие все. А вы всё — «песню-песню»… Обойдутся они без песен!
Дамблдор молча покивал на это, а сам продолжал подозрительно смотреть на Поттера, так непохожего на сиротинушку из описаний верной Фигг.
Северус тоже смотрел на мальчика и лениво думал о том, что пацан похож на мелкого Джеймса Поттера только внешне, а вот мозгами природа его явно обделила, раз Шляпа отправила на факультет тупых бездарей. Хе-хе… У Северуса даже настроение улучшилось — а сынок-то похлеще тупицы-папаши будет, вон к барсукам угодил… даже жаль его немножко. Правда.
Минерва побоялась прикасаться к сбрендившей Шляпе и позвала Филча, чтобы тот отнес спятивший артефакт в кабинет директора. Колченогий старик взял Шляпу и табурет и уковылял прочь, тихо бормоча что-то насчет привидений, которые в кои-то веки попрятались по углам и не мельтешат повсюду…