По опустевшим коридорам летал донельзя довольный Пивз — впервые древний замок весь безраздельно принадлежал ему!
Феникс, сидящий на жердочке, внимательно посмотрел на старика-завхоза, который поставил Шляпу на полку, с кряхтением спустился со стремянки и деловито прошелся по кабинету, смахивая щеткой пыль, оставшуюся от сгоревших артефактов. Когда мистер Филч утопал за дверь, птиц выпрямился и кинул взгляд на Шляпу. Внимательный и вопрошающий взгляд.
— Ну что ты уставился, каплун жареный?
— Курлык?
— Ага… проснулась я. Ты прав.
— Квок!
— Я тоже так думаю. А его можно разбудить?
— Чувик…
— Ну… лети, буди. Только не рано ли? Пусть ещё поспит…
В ответ феникс разразился серией квохтаний и курлыканий, кои Шляпа терпеливо выслушивала и кротко соглашалась с его выводами, а закончив свой кудахтаюший монолог, птиц коротко хлопнул крыльями и исчез во вспышке пламени. Шляпа задумчиво забормотала вслед:
— Наденьте меня, и я вам сообщу,
С кем учиться вам суждено.
Быть может, вас ждет Гриффиндор, славный тем,
Что учатся там храбрецы.
Сердца их отваги и силы полны,
К тому ж благородны они.
А может быть, Пуффендуй ваша судьба,
Там, где никто не боится труда,
Где преданны все, и верны,
И терпенья с упорством полны.
А если с мозгами в порядке у вас,
Вас к знаниям тянет давно,
Есть юмор и силы гранит грызть наук,
То путь ваш — за стол Когтевран.
Быть может, что в Слизерине вам суждено
Найти своих лучших друзей.
Там хитрецы к своей цели идут,
Никаких не стесняясь путей…
О берлога Годрика, что за бред я несу? Нет-нет, отныне и навеки больше никаких стихов!
Грохнула о стену дверь, отпнутая ногой, и в круглую комнату лохматым дервишем влетел Дамблдор. Дикими глазами глянул на Шляпу и истерично крикнул:
— Что это было? Ты что там в зале вытворяла??? Почему Поттер — на Пуффендуе?!
— А я… не помню, сэр.
— Что?.. Что ты не помнишь? — Дамблдор вцепился в волосы.
— А чего надо-то? — настороженно спросила Шляпа, продолжая валять дурочку.
Дамблдор взбешенно сверкнул глазами, полез за пазуху… Замер. Осторожно, практически не дыша, вынул оттуда, вытянул перед собой и… испуганно уставился на пустую кобуру. В полной прострации, не веря своим глазам он перевернул чехол: из него с похоронным шорохом высыпалась гнилая труха, которая ранее, судя по всему, была волшебной палочкой.
— Кхм… — глубокомысленно произнесла Шляпа, косясь на полочку сбоку. Директор намек понял, он, трагично взвыв, бросился туда и, распахнув дверцу, с облегчением схватил мантию-невидимку, которая, однако, тут же расползлась у него в руках, осыпаясь дряхлыми волоконцами. Это… О, это… Тут Шляпка решила ещё и подсолить его свежие раны.
— А там, помнится, птичка сидела…
Дамблдор резко развернулся и безумными глазами впился в пустую жердочку.
— Н-не-еее-е-ет!.. — от его вопля все стеклянные поверхности покрылись трещинами и в испуге кто куда разбежались люди в портретах.
Шляпа зловредно хихикнула.
***
Верный феникс выпорхнул из подпространства. Цепко оглянувшись и убедившись, что всё в порядке, он спикировал на грудь спящего человека. Хоть тот и был под стазисом, щит не препятствовал влетать в защитный кокон. Фоукс ласково клюнул человека в большой крючковатый нос и с восторгом увидел, что неизвестная магия проникла и сюда, в глубокие подземелья Логова. Да здравствует Хогвартс! И здравствует тот, кто разбудил древние стены замка!!! Его человек просыпался. Медленно, тяжело, но просыпался. Феникс устроился поудобнее на груди и принялся ждать его полного пробуждения. Подполз хозяин Логова, посмотрел, покивал рогатой головой и свернулся кольцами рядом.
***
После пира Гарри спросил, кто тут староста. Ему ответили, что старостами факультета Пуффендуй являются Нора Девон и Джек Поллард. И спросили в ответ, а зачем ему? Гарри погладил по спине Невилла.
— Да вот, его в больницу надо бы отвести, на нём хоть яичницу жарь, такой горячий…
Глянули, поняли, прав Поттер, позвали Джека. Подошел староста, щупленький такой паренёк, из тех, про кого говорят "соплей перешибить можно". Ну, соплей не соплей, а авторитет у него оказался ого-го-го. Потрогал горячий лоб Невилла и гаркнул на весь зал:
— Люц! Ко мне!..
От слизеринского стола прискакал дюжий детинушка, встал в струночку перед пенечком в кепке аки новобранец перед генералом и взглядом спрашивает:
— Что?