Тут как раз Снейпушка постучался с просьбой об аудиенции. Ну почему бы и не пойти навстречу хорошему человеку? Тем более что ему нужен случайный свидетель. Спектакль был разыгран как по нотам, замороченная Трелони приняла приглашение в бар «Кабанья голова», туда же приперся и Снейп. Подгадав нужный момент, Гелли включил Трелони, и та под Империусом «напророчила» сагу про Избранное Дитя.
И понеслась дальнейшая лавина событий широко известной истории Мальчика-который-выжил. Таким образом Гелли тишком и чужими руками добился устранения соперника. Ребёнок почему-то выжил, убить его как Дамблдор он не мог, пришлось позаботиться о малявке, подкинуть его тётке, а там хоть трава не расти… авось угробится как-нибудь — ведь дети такие хрупкие. Крысяра Питер, что сослужил верную службу Волан-де-Морту (угадайте, какому?), отправился в изгнание. Недопёсок Сириус чуть всё не испортил, он, видите ли, собака верная, учуял своим песьим носом, что Том пришел не один, а с Дамблдором, и Дамблдор этот пахнет не Дамблдором! Пришлось его приложить сильнейшим заклинанием Забвения. Не Обливиэйтом, а тем самым, фирменным, собственного изобретения, в котором человек напрочь забывает всё на свете, как Пайн. Так что после ареста мракоборцы, увы, допрашивали уже полностью беспамятного Сириуса Блэка.
Нет. Память к нему не вернется, она стерта навсегда.
Почему не убил? А зачем? Он чистокровный потомок древнего Рода, вполне способен наплодить наследников, а амнезия по наследству не передается.
Дамблдора Геллерт несколько раз превращал обратно, чтобы сравниться с ним и постареть на столько же, сколько и он. И так Аберфорт косится, а ведь он младший брат. Значит, надо соответствовать. Для этой цели он вынимал черепаху из аквариума, спускался в Тайную комнату Салли Слизерина, превращал Дамба и сравнивался, подгоняя свою внешность под нужный образ. Так он делал каждые несколько лет — старики так быстро меняются…
***
Сириуса освободили.
Он вышел, опираясь на руки двух охранников, худой и изможденный. Дементоры его не трогали, нечего взять из беспамятной головы. Всё, что он помнил — это постоянный мрак и холод одиночной камеры. Каждый день ему приносили еду в плошке и кусок чего-то, называемого хлебом. В общем, Гаспар Хаузер номер два вышел из Азкабана…
Его подстригли, побрили, помыли. Мыть пришлось долго, в кожу въелась многолетняя грязь. Ногти на руках и ногах отросли и ороговели, их отламывали щипцами и шлифовали пемзой и наждаком. Попробовали разговорить.
— Как тебя зовут?
— Сириус.
— Ты помнишь?! — но радость преждевременная.
— Нет. Так меня называли, когда приносили еду. Они говорили: «Эй, Сириус, это тебе, жри, собака!» Так вот, меня зовут Собака Сириус.
— Ты помнишь своих друзей?
— А… что это такое?.. — переспросил Сириус и виновато почесался. Блох ещё не всех вывели.
В общем, поняли бедные мракоборцы, что посадили в тюрьму не только невиновного, но и больного человека. Суд признал Сириуса Блэка недееспособным, и его отправили в Мунго, на постоянные лечение и реабилитацию.
***
Гарри и его однокашники едва дожили до четверга, так не терпелось поскорее попасть на урок к лешему. Наконец-то прозвенел долгожданный колокол и толпа дружно ломанулась в класс. Гулливер Гранд стоял у окна, высокий и широкоплечий, с лохматым торсом, ниже он был затянут в кожаные брюки и сапоги. На голове — шлем, в прорезях сверкают светло-зеленые звериные глаза. В нижней челюсти торчат желтоватые клыки. Детей охватил какой-то веселый страх, было и жутко, и интересно сразу. Ну ещё бы, такой нечеловеческий учитель!
— Здравствуйте, — пророкотал лагун и повел волосатой рукой, подзывая к себе. — Гляньте на улицу, как по-вашему, не слишком холодно прогуляться вон на ту лужайку?
Дети посмотрели на серую осеннюю хмарь за окном и скуксились — в такую погоду не очень хотелось выходить… Рон робко спросил:
— А чему вы хотите нас научить, профессор Гранд?
— Как защититься от агрессивной собаки.
— Ну это просто! — воодушевился Гарри. — Надо поднять палку или камень. Не успеешь нагнуться за ними, как она уже удирает во все лопатки.
— Ну что ж, мальчик, верно. Трусливая собака действительно убежит. А как защититься от пса, исполняющего команду «Фас» в твою честь? Палкой тут не отмашешься.
Гарри смутился. Рон недоуменно почесал нос и заявил:
— Но мы же волшебники, что нам какая-то собака?
— Ну и как ты будешь защищаться от собаки, рыжик? Прежде всего должен сказать вот что: атакующая собака страшно пугает, прямо замораживает ужасом. Она рычит и лает, жутко сверкает белыми клыками. И пока ты соберешься с мыслями и с собой, она перегрызет твою палочку пополам и укусит тебя за руку или ногу. Значит, что? Надо не бояться, замотать руку чем-нибудь плотным, например курткой, и подсунуть её в пасть, занять собаке рот, её главное оружие. Свободной рукой надо взять собаку за шкирку и поднять её вверх, вот тогда она присмиреет. От страха ребёнок может поднять и ротвейлера, так что у вас всё получится…