Огромная рефрижераторная фура сложилась пополам. Многотонная махина, влекомая силой инерции, глухо заскрежетала.
Раздался пронзительный визг шин. Следующие за фурой водители отчаянно выворачивали рули в тщетной попытке избежать столкновения с грузовиком, но увы, легковые машины заносило юзом и они, безнадежно сталкиваясь и переворачиваясь, влетали в столбы и дома.
Оттолкнуть Дадли Гарри успел, сам же он опоздал увернуться от опрокинувшегося гигантского сухогруза. Удара он уже не почувствовал.
Телефонный звонок почему-то был оглушающим, странно-тревожным. И, снимая трубку, Вернон ощутил, как в груди слева что-то неприятно закололо. Предчувствие его не обмануло. Звонили из больницы.
Оглохший от ужаса Вернон не помнил, как он доехал до Центра травматологии, рядом с ним сидела посеревшая Петунья, комкающая в пальцах платочек. Вот и больница, стеклянные двери беззвучно разошлись, пропуская посетителей. Широкие коридоры, лифты и лестницы, снова коридоры… В приемном отделении встал с кресла и пошел навстречу бледный Дадли, обнял маму и тоненько завыл. Дадли цел и невредим, лишь царапинки и ссадины на щеках и порвана зимняя куртка.
А Гарри… Гарри в коме с тяжелой черепно-мозговой травмой. Кома искусственная, вызванная специально, чтобы стабилизировать состояние терминального пациента и подключить его к аппаратам жизнеобеспечения. Многочисленные переломы и ушибы, сильные кровопотери, срочно делаются анализы и рассылаются заказы на донорскую кровь редкой, уникальной группы. Есть ли у мальчика прямые кровные родственники с похожей группой крови? Петунья робко предложила свою, врач согласился, пригласил в процедурную, где у неё взяли кровь на анализ. После неутешительный вердикт — её кровь не годится для переливания.
Лучшие врачи, специалисты в области нейрохирургии, провели архисложную операцию, после которой мальчика перевели в палату интенсивной терапии. Весь в проводах и трубках, он лежал абсолютно недвижно и безжизненно, и только показания датчиков чутких приборов сообщали миру, что ребёнок жив. Так прошло несколько суток. Тётя Мардж, Вернон и Петунья были постоянно на посту, сменяя друг друга по очереди.
***
Северусу приснился кошмар.
Сначала была какая-то беспричинная радость, он во что-то с кем-то играл. Потом пришло понимание: он бегает наперегонки с Лили, маленькой рыжеволосой подружкой. Они, взявшись за руки, радостно смеясь, побежали к дороге, а потом она вырвала свою ладошку и убежала вперед, а он перешел на шаг и с улыбкой смотрел ей вслед.
Лили вдруг остановилась и оглянулась на него. В её зеленых глазах мелькнул страх. Северус похолодел. Прямо на неё несся огромный грузовик. Он махнул рукой и отчаянно крикнул:
— Лили, беги!
Но она не тронулась с места, только печально улыбнулась и отвернулась, чтобы в следующую секунду быть сметенной горой покореженного металла. Её смерть была мгновенной.
— Не-е-е-ет!
Северус проснулся от собственного вопля. Рывком сев на смятых простынях, он, тяжело дыша, смотрел в темноту расширенными от страха глазами. Трясущейся рукой отер со лба холодный пот, ничего не понимая, растерянно моргнул и почувствовал на ресницах слезы. В чем дело? Лили же не так погибла, её убил Темный Лорд. При чем тут грузовик?
Из коридора послышались торопливые шаги, и в комнату вошел отец. По стенам скользнули мазки золотого пламени свечи вперемешку с тенями, и худой силуэт замер возле кровати.
— Север, ты чего тут кричишь?
Северус со стоном отвернулся и лег обратно, натягивая на голову скомканное одеяло. Тоби Снейп вздохнул, нагнулся и тронул мокрую спину сына. Пробормотал укоризненно:
— Север, Север… ты только скажи мне — у тебя не приступ?
— Нет… — глухо ответил Северус, дернув плечом. — Это просто плохой сон.