Северуса подвинули в уголочек, запретив тягать тяжести. Ты после операции на сердце — тебе нельзя! На робкое «Я ж волшебник…» пригвоздили к месту ехидным замечанием, что под машину и под нож кардиохирурга оба они угодили вполне по-маггловски. На это Северусу нечего было возразить, и он вынужденно заткнулся.
Вернон унес Гарри наверх, в его комнату, Северус, подумав, пошел следом. Петунья и Тоби утянулись на кухню, а Дадли начал нарезать круги вокруг дивана, разглядывая незнакомца со всех сторон. Он был заинтригован — с обеда его родители отправились за Гарри и Северусом, а кроме них привезли ещё одного мальчишку. Кто такой и откуда взялся?.. И вообще, как-то здорово каникулы начинаются, с нового знакомства.
А Дадлик любил отдыхать и каждые двухнедельные каникулы мчался домой, потому что в Смелтинге не было компьютеров и видеоприставок с телевизорами. Единственный белый экран там служил для проецирования слайдов на скучнейших лекциях. А в кинозале, естественно, крутили фильмы по заданным темам, то есть опять не для поиграться…
Английская школа крайне прагматична. Как общественный институт, она видит свою главную задачу в социализации и стремится вырастить высоконравственную личность, которая найдет свое место среди других людей.
Расписание составлено так, что хватает времени на работу над курсовиками. В этом семестре их два, исследовательский проект по физике и реферат по биологии, каждый объемом около пяти тысяч слов. Нагрузка немаленькая, но и не запредельная.
Так что сами понимаете, появление нового мальчишки было для Дадли сродни глотку свежего воздуха, ведь от такого графика, пусть и с недельными перерывами — ага, на спорт! — он был готов на стенку залезть.
Насмотревшись на пухлые щеки спящего гостя, Дадли сайгаком поскакал на кухню и спросил у мамы:
— Ма-а-ам, а кто это?
— Невилл, школьный друг Гарри, они вместе в Хогвартсе учатся.
— То есть он тоже волшебник, да? — догадался Дадли, его маленькие голубые глазки азартно загорелись. Ну да, ну да, знать одного домашнего мага как семечку облупленную — это одно, а встретить ещё одного и постороннего… это совсем другое. В результате, когда Невилл и Гарри проснулись, Дадли обрушил на их сонные головы целый ворох вопросов, на которые он надеялся наконец-то получить ответы.
Северус, видя, что сын оккупирован сверстниками, незаметно оставил мальчиков и вернулся в комнату Гарри. Осмотрелся. Комната небольшая, но очень уютная. Справа от окна письменный стол, на нем лампа и стекло, под стеклом — календарик и какие-то картинки, таблица умножения, старые фотографии. Стул. Напротив стола кровать. За дверью — шкаф, над кроватью полки с книгами. Обоев не видно из-за плакатов и постеров. Северус с любопытством посмотрел на них, ему интересно, чем увлекается Гарри. Роллинг Стоунз, Куин, Раммштайн… и лошади, довольно много изображений лошадей. Северус нахмурился, Гарри что, о лошади мечтает? Посмотрел на книги, памятуя о том, что по ним можно определить характер человека. Что ж, названия на корочках привели его в замешательство: цикл романов о Мерлине, Властелин колец, Чудозавр Э. Несбит, с краю стоят совсем новые книги — Таинственный сад, Иллюстрированный справочник юного машиниста… Черный Красавчик, Породы собак мира. Северус потер переносицу, похоже у Гарри разносторонние увлечения. А может, он ещё не определился в своих стремлениях и пока только ищет себя?
Он снова обвел взглядом комнату сына и наткнулся на кошку, сидевшую на окне. Серая египтянка старательно умывалась. Вылизав и смочив лапку, она остервенело терла мордочку и за ухом, причем так крепко, что ухо наизнанку выворачивалось. Северус улыбнулся, вспомнив, как кошка зимой позвала на помощь, когда Гарри и Невилл попали в беду, как она с досады разодрала ногу Минерве… и поделом той, нечего пинать честных кошек. До него вдруг дошло, что он до сих пор не знает, как зовут кошку Поттера. Присмотревшись, он увидел на шее тонкий голубой ошейник с пластинкой, подошел, погладил и взял кошку. Повертев ошейничек, повернул к себе табличку и прочел выгравированное на ней имя: «Талия».
— Талия, значит? — проворчал Северус, задумчиво поглаживая кошку. — Что ж, Талия, рад с тобой познакомиться.
Кошка тоскливо висела в его руке и кротко сносила ласку. Разумеется, она помнила Северуса и без труда узнала его в школе. А в свете последних событий Лили-Талия была очень расстроена экстремальными приключениями сынка. Как мать, она сходила с ума, но эмоционально была ограничена кошачьим телом. Всё, что она могла на людях, это сидеть возле домочадцев, печально мурлыкать и мять колени когтями. А когда все уезжали по делам и в больницу, кошка, оставшись дома одна, срывалась в дикую истерику, летала по дому, драла кресла и диваны, а выбравшись на улицу, кидалась на собак, полосуя их морды и уши. И кажется, убила молодого книззла миссис Фигг. Загрызла его, как крысу... просто потому что тот попал ей под горячую лапу.