- Но... почему? - смогла выдавить Ени.
- Если б я знал... Разумеется, тогда причины казались мне рациональными, хоть и не самыми оправдывающими. Просто... говорим Шонор, подразумеваем летчик. При обычных обстоятельствах это не имеет значения, но когда остаешься один... - он опять остановился, чтобы обуздать свои эмоции. - В общем, у меня не было уверенности, что я смогу восстановить наш род, учитывая личный опыт. И всю оставшуюся жизнь объяснять после представления, что я - связанный с летной профессией, но всё же учёный... Я не думал, что смогу это выдержать.
Теперь все более-менее объяснялось. Губы Айении сжались и она взглянула на своего преподавателя теперь уже без примеси жалости и влечения.
- Но я ведь смогла.
- О, да, - на Авито не слишком повлияла её реакция, он ожидал её уже долгое время. - Именно это мне сказала Императрица, когда я примчался во Дворец второго сентября год назад и потребовал объяснений. Она ведь не сказала, что ты жива тогда. "Эта девочка, бывшая изначально в гораздо более худших условиях, чем ты, без всякой поддержки, в одиночку, приняла на себя всю ответственность, от которой ты сбежал. Какое право ты имеешь требовать информации о родственниках, от которых ты отказался?"
То, что она являлась предметом разговора главы государства, несколько нарушило течение мыслей Айении, достаточно обвинительное течение, тем более, что с самоуничижением Энзеллер справлялся сам, девушка даже испугалась отчаянию, проглядывающему в его глазах и голосе.
- Сейчас-то я прекрасно понимаю, что мои все тогда логические выкладки и обоснования на самом деле прикрытие трусости и слабости. Это было даже не вопросом риска, это было то, что я должен сделать, во имя своих родителей, сестры, всех предков, своей страны! - он закусил губу и почти неверяще помотал головой. - Господи... если бы я тогда не поддался своему страху, просто сделал всё как нужно, всего лишь одна правильная фраза... И я бы знал, что я не один. И всего лишь пятнадцать лет... и ты была бы здесь, - в его глазах, устремленных на девушку, было столько сожаления и, может, чего-то другого, что Айения оказалась почти парализованной силой эмоций, пока он не опустил глаза и закончил почти опустошенно. - Но сейчас, единственное, что мне остается - это боль и бесчестье...
Айения прочистила горло. Кое-какой момент нужно прояснить прямо сейчас, поскольку все родовые проблемы требовали слишком долгих обсуждений и размышлений.
- Проф... Энз... Энзеллер. Почему Вы сегодня... в общем, почему Вы так поступили сегодня в Академии? Я имею в виду... ну это... поце...
- А чего-нибудь покрепче нет? - не подумав, спросила Оро и ужаснулась. Вечер с "не-чаем" предполагает далеко идущие последствия... Но Акарас почему-то смешался и отвел глаза:
- Лучше нет...
- Почему? - удовлетворить свое любопытство ведь можно, правда?
- Айя тебе не рассказывала? - непонимающий взгляд девушки свидетельствовал, что нет. - Ну и хорошо. У меня есть горячий шоколад...
- Лееецри... плохо переносишь алкоголь? - Оро всё-таки не смогла отказать себе в маленьком удовольствии и довольно ухмыльнулась.
- Да! Ну и что?! Я должен немедленно скончаться от стыда?! - судя по уровню возбужденности, Акарасу именно этого сейчас и хотелось. - Хорошо! Будет тебе твоя выпивка, - и он, бурча, полез в шкафчик. Девушка осторожно присела на высокий стул. Пока что всё относительно неплохо. В смысле, вечер не был ещё безвозвратно испорчен.
- Тут есть вино, ликеры, традиционные напитки... - всё ещё немного раздраженно начал перечислять Акарас.
- Что-нибудь из последнего. Пооригинальней. У тебя же должен быть самый лучший товар, верно, Лецри?
Парень хмыкнул и поставил перед ней толстую бутылку. Оролен с одобрением рассматривала явно дорогущее бренди, всё-таки Скакия приучила её к хорошему алкоголю...
- Так, это случаем не по стариной технологии?...
- Не волнуйся, хоть оно и из настоящего винограда, все примеси, включая спирт, удалены и замещены, - Карс, наконец, сел напротив неё с чашкой горячего шоколада для себя и подтолкнул невысокий бокал к её краю. Оролен немного подумала и сказала:
- Извращение, - но напиток всё-таки пригубила. Да, вкус оказался именно таким, как она ожидала: тяжёлый и насыщенный, хотя начинать надо было с аромата, свободно излившегося из открывшегося горлышка и дразнящее смешивавшегося с запахом горячего шоколада...
Молчание несколько затянулось. Оролен чувствовала, что всё это: качественный алкоголь, большая, пустая и шикарная квартира, где они были совершенно одни, опьяняющая мелодия запахов, истончают её терпение с каждым мгновением, а Лецри так и не начинал "разговор". Кухня освещалась только неяркими полукругами света на противоположных стенах, поэтому в романтич... интимн... аррргх! расслабляющем полумраке она, в принципе, могла без проблем смотреть на Лецри.
Девушка откинулась на спинку стула и Акарас занервничал под её пристальным взглядом.
- В общем... насчёт...
- Разговора?
- Да. Всё произошло так быстро, - он нервно рассмеялся, не отрывая взгляда от столешницы, - и хоть мы прояснили самые важные моменты, многое осталось... неохваченным...
- Ты всегда так разговариваешь? Вроде раньше такого не замечалось.
- Да уж, взаимные оскорбления у нас получаются куда лучше, - неслышно пробормотал себе по нос парень и продолжил. - Поэтому я посчитал, что нам надо обсудить некоторые детали... условия...
- Условия? - Оролен наклонилась вперед и посмотрела на него так, что он впервые за долгое время ощутил что-то вроде страха в её присутствии. Настоящего такого страха, в плане физической боли, а не сердечных страданий. - Про какие условия ты говоришь? Ты. Ставишь. Мне. Условия?
- Нет! - Карс в расстроенных чувствах взмахнул руками. - Я совершенно не это имел в виду! - он вскочил со своего стула и начал ходить взад-вперед по комнате, от стола к окну. - Просто я совершенно не представляю, что делать дальше. Вот ты, ты что думаешь обо всем этом? - и он резко обернулся к своей гостье. Та вернулась к полурасслабленной позе. Очень обманчивой.
- Я? Я ничего не думаю, - она неторопливо наклонила голову набок, согнула ногу в колене и положила на другую. Несмотря на почти профессиональное занятие спортом, самым сильным... кхм... физическим воздействием, которое Акарас испытывал на себе, были почему-то кулаки Оролен Сакаят, и вот сейчас, почему-то он переживал очень сходные ощущения. Как будто ему очень сильно врезали в солнечное сплетение и дыхание представляет существенную проблему. Он опустил голову и стал рассматривать чуть видный в сумраке рисунок пола. Интересно, он старинный или был переделан? Впрочем, по истечении определённого срока, всё становится антиквариатом... - Ты считаешь, что я могу думать вообще? Мой мозг отключился... я не знаю, наверное, с момента, когда я вообще умудрилась подумать про тебя в этом смысле...
Последнюю пару фраз Акарас расслышал и посчитал, что не все так плохо, поэтому вернулся к разговору от размышлений об интерьере.
- Значит, ты ни о чем не думаешь? - он не смог удержать раздражения и сарказма. Сакаят всегда умудрялась вывести его из себя.
- Мы здесь стоим явно не потому, что хорошо подумали, верно?
- Отлично, ну и что теперь? Мы так и будем грызться друг с другом из-за того, что не можем преодолеть наши привычки и представления друг о друге?
Девушка спрыгнула со стула и прислонилась к краю стола.
- Ты просто задаешь не те вопросы, Лецри.
- Не те?! - нет, это действительно была хорошая идея? Они ещё даже не ссорятся, а нервы у него уже на пределе. - Ну хорошо. - Он засунул ладони в задние карманы брюк и выжидательно посмотрел на нее. - Если ты ни о чем не думаешь, то чего ты вообще хочешь?
- А вот это правильный вопрос, Лецри... - голос его гостьи неожиданно изменился, упав чуть ли не октаву. По рукам и шее Акараса пробежали мурашки, но не от холода, потому что в комнате стало как-то очень жарко. - Я хочу сделать много вещей...
Акарас моргнул. Оролен неспешно приближалась к нему и он обратил внимание, что она куртки на ней больше нет... Парень сглотнул и решил воздержаться от каких-либо попыток поддержания разговора по причине угрозы, что он не сможет совладать со своим голосом и опозорится, издав какой-нибудь писк. Поэтому он подождал, пока девушка оказалась в пределах слышимости и шепотом спросил: