И тем, кто всё ещё учится жить после того, как их любимый человек не смог этого сделать.
1. А я ревновал
Хейден
Четыре года назад
Тяжело дыша, я стою за занавесом и смотрю на толпу. «Хиллс Арена» — один из крупнейших концертных залов Лос-Анджелеса, и он забит до отказа. Билеты на этот концерт в нашем родном городе были распроданы меньше чем за сутки.
Черт, это безумие.
Электрическая энергия пульсирует в моих венах. Свет мобильных телефонов мерцает, как море звезд, а зрители не перестают аплодировать. Мы только что сыграли последнюю песню вечера, но наши фанаты кричат так же громко, как когда мы только вышли на сцену. Я до сих пор не могу поверить, что это моя жизнь.
Группа, которую мы с моими лучшими друзьями создали на чистом энтузиазме, каким-то образом получила четыре номинации на «1Грэмми» и две победы — «2Запись года» в этом году и «3Лучшее групповое исполнение» в прошлом. Наш альбом «Безупречная» дебютировал на втором месте в 4Billboard 200, и мы продали восемь миллионов копий по всему миру. Даже в самых смелых мечтах я не представлял, что окажусь там, где я сейчас.
— Эта публика — нечто особенное, — говорит Оуэн, наш бас-гитарист. Он один из моих лучших друзей, человек, к которому я всегда прислушиваюсь и с которым мне никогда не бывает скучно. Его энергия совпадает с моей, как ни у кого другого. Он был последним, кто присоединился к группе, всего за несколько месяцев до нашего большого прорыва.
— Это так. — Я изучаю фанатов в первом ряду. Две песни назад мое внимание привлекла блондинка, но я был так сосредоточен на том, чтобы правильно исполнить слова и ноты, что запомнил только самые общие детали. Все, что я помню, — это длинные светлые волосы, полные губы и большие глаза.
Где она?
— Как насчет биса? — спрашивает Бо, наш барабанщик.
— Давайте дадим им еще несколько минут, — предлагает Джимми, гитарист.
Смеясь, я наклоняюсь вперед и ищу свою загадочную незнакомку.
Мне требуется всего минута, чтобы найти ее: светлые волосы струятся волнами по плечам. Она отвернулась от меня. Запрокинув голову, она смеется над чем-то, что говорит рыжеволосая девушка.
Когда она поворачивается к сцене, меня охватывает холодный страх. Я знаю эту девушку. Я знаю ее всю ее жизнь — как, черт возьми, я мог не узнать?
Пиздец, я чуть не попросил свою команду привести младшую сестру моей лучшей подруги за кулисы, чтобы познакомиться с ней.
Прищурившись, я внимательно изучаю Райли. Яркий макияж подчеркивает ее большие глаза, полные, чувственные красные губы. Ее светло-розовый топ облегает грудь, как вторая кожа. Прошло два года с тех пор, как я видел ее в последний раз, когда она только поступила в Нью-Йоркскую школу исполнительских искусств, но я не думаю, что у нее были такие длинные волосы. Тогда она всегда носила их зачесанными назад.
Она больше не та девушка, которую я помню. Она совсем повзрослела.
«Ты серьезно?» — почти кричит мой внутренний голос. «Хватит, блять, пялиться. Она сестра Пайпер».
Я прочищаю горло и отвожу взгляд от Райли, щеки горят, как у подростка, пойманного с коллекцией порножурналов своего отца.
— Готовы? — спрашиваю я ребят.
Когда мы спешим обратно на сцену, я изо всех сил стараюсь выкинуть из головы образ Райли.
— Дядя Хейден! — знакомый голос звучит посреди закулисной суеты.
Я поворачиваюсь как раз вовремя, чтобы поймать племянницу в объятия. Стори прижимается ко мне, а я крепко обнимаю ее. Я глубоко вдыхаю, улыбаясь, когда меня окутывает запах зефира. Я люблю эту маленькую девочку до безумия.
— Ты был невероятен! — кричит она.
Я смеюсь. — Ты так думаешь?
Она кивает, ее темно-зеленые глаза, такого же цвета, как и мои, блестят.
— Я поверю тебе на слово. — Я целую ее в щеку.
Моя лучшая подруга Пайпер тоже здесь, хотя половина их семьи отсутствует. Ее муж, мой брат, находится в Майами со своей командой, а Хадсон, их годовалый сын, на ночь остался с мамой Пайпер.
— Привет, Хейд, — Пайпер улыбается, когда я притягиваю ее к себе, чтобы обнять. Ее светлые волосы собраны в высокий хвост, а темно-карие глаза сияют теплотой. — «Саботаж» был феноменальным. У меня мурашки по коже бегали во время каждой песни.
— Особенно во время «Безупречной», я уверен, — вставляет Оуэн, убирая свои вьющиеся каштановые волосы с глаз.
— Это моя песня. — Пайпер подмигивает ему, а затем наклоняется, чтобы быстро обнять его. — Вы все были невероятны. Не думаю, что я когда-либо видела более восторженную публику. Они вас любят, ребята.