— Я никогда не ожидала, что ты и Райли станете так близки. — Она слегка смеётся. — Когда мы были детьми, вы двое только и делали, что ссорились.
Я хмыкаю, несмотря на то, как тяжело мне дышать. — Мы уже слишком стары для этого, Пайп.
— Следи за языком. Я твоего возраста, и я совсем не чувствую себя старой.
— Это потому, что твой муж на тринадцать лет старше тебя. Ты всегда будешь чувствовать себя молодой, когда он рядом.
Она смеётся. — Хочешь, я скажу это Хантеру?
— Пожалуйста, скажи.
Через несколько минут Пайпер заканчивает разговор, чтобы они могли поужинать. Я кладу телефон на столешницу и иду к окнам. Вид просто захватывает дух. Город простирается передо мной, весь в мерцающей стали, а по дорогам пульсирует ночной трафик. Фары светятся сквозь туман жары, который остаётся даже после захода солнца. Небо чёрное. Чёрт, нужно, чтобы пошёл дождь, хотя бы один раз, чтобы унести эту палящую жару, которая прилипает к моей коже, как только я выхожу на улицу.
Райли бы ненавидела такую погоду. Хорошо, что она в Санта-Кларе.
Чёрт возьми. Почему я опять о ней думаю?
Я прижимаю лоб к окну. Она слишком хороша для меня. Её нельзя использовать как отвлекающий манёвр. Она заслуживает большего… а я не могу дать ей это.
Она заслуживает кого-то надёжного, а не эгоистичного придурка, который путает одиночество с любовью.
Я никогда не должен был вставать между ней и Ником. Я никогда не должен был прикасаться к ней. Я никогда не должен был позволить себе обладать ею.
Но я не могу вернуться в прошлое и исправить свои ошибки. Всё, что я могу сделать сейчас, — это загладить свою вину перед ней.
А это значит держаться от неё подальше, чёрт возьми.
25. Не бабочки
Райли
У меня слегка скручивает живот, когда я перекладываю салат вилкой по тарелке. Последние несколько дней у меня совсем нет аппетита, наверное, из-за жары и влажности. Сегодня вечером на террасе почти невыносимо жарко, но, поскольку солнце уже садится, мы решили всё-таки выйти.
По словам Насти, в Нью-Йорке погода ещё хуже, так что мне стоит быть благодарной.
— …твоя ориентация в труппе прошла хорошо? — спрашивает Пайпер справа от меня.
Я смотрю на Стори. Она играет с едой, на её лице выражение, которое, вероятно, соответствует моему, хотя в её случае это, скорее всего, из-за нервов. Её жизнь вот-вот полностью изменится. Ей всего шестнадцать, но она уже столького добилась, однако теперь, когда её приняли в эту танцевальную труппу, ей придётся отложить свои планы по поступлению в колледж.
— Было здорово, — бормочет она. — Но я не знаю, что думать насчёт домашнего обучения.
Брови Пайпер взлетают до линии волос. — Мы уже говорили об этом раньше, и ты, казалось, не возражала. Что изменилось?
Единственный ответ Стори — пожимание плечами. Моя сестра смотрит на меня, молча прося помощи.
Я опускаю вилку и скрещиваю пальцы. — Тренировки будут интенсивными, — говорю я Стори. — Дни будут длинными, и ты встретишь столько профессиональных танцоров. Это много, но подумай, какое это будет удовлетворение, когда ты сможешь выступать. Хотя домашнее обучение — единственный способ сделать это возможным. Или тебя беспокоит что-то ещё?
Она кладёт вилку и собирает свои тёмно-каштановые волосы в аккуратный пучок.
— Это значит, что я пропущу последний год в школе с друзьями. И я всегда хотела поступить в колледж в Нью-Йорке. Ты знаешь, как сильно я хочу пойти по твоим стопам, а теперь это будет не то же самое.
— Стори. — Я протягиваю руку через стол и кладу свою ладонь на её руку. — Тебе не нужно идти по моим стопам. Твоя история отличается от моей. Так было всегда. Ты исключительно талантлива, гораздо талантливее, чем я когда-либо была. — Я сжимаю её руку. — Ты заслуживаешь эту возможность. Ты так усердно работала. Домашнее обучение будет не таким уж плохим, поверь мне. В труппе ты будешь с другими ребятами твоего возраста. У тебя по-прежнему будет много возможностей для развлечений. А я всегда на расстоянии одного звонка.
Её губы растягиваются в облегчённой улыбке. — Спасибо тебе огромное, Рай. Ты всегда будешь моим вдохновением. — Она прищуривается, глядя на меня. — Но если ты ещё раз скажешь, что ты менее талантлива, чем я, я тебя ударю.
За столом наступает пауза, а потом мы все разражаемся смехом.
— Когда твой рейс? — спрашивает Настя, и её голос звучит приглушённо.
— В воскресенье. Приземляюсь в семь.
— А у тебя нет запасного ключа от квартиры?