На моих губах появляется медленная улыбка, хотя она исчезает, когда меня как сильный удар поражает ещё одно осознание.
Я беременна… ребёнком Хейдена, и я понятия не имею, как он отреагирует.
26. Он твой
Хейден
Контейнеры с едой на вынос убраны, как и кучи одежды, которые валялись по всей гостиной. Я даже вытер пыль с пианино и своей гитары.
Если повезёт, Райли и не догадается, какой тут был беспорядок, пока её не было.
Поскольку я планирую дистанцироваться от неё, крайне важно, чтобы она поверила, что я не нуждаюсь в спасении. Если она увидит фасад, увидит человека, разваливающегося на части, человека, сшивающего себя вместе с помощью фальшивых улыбок и ответов «я в порядке», она никогда не отступит. Независимо от её чувств ко мне, она бескорыстна и сострадательна.
Было бы проще скрыть от неё весь хаос в моей голове, если бы она не оставалась у меня на ночь, но я не мог отказать. Не ей. Никогда ей.
Пиздец. Я безнадёжен, да?
Чтобы отвлечься от неё, я отправляю короткое сообщение Джимми и Бо.
Я: Что вы думаете о том, чтобы дать родителям Оуэна и Инес послушать альбом перед выпуском?
Джимми: На сто процентов согласен.
Бо: Я тоже.
Я: Здорово. Увидимся в понедельник.
С этими словами я кладу телефон в карман и направляюсь к двери. Как бы я ни хотел выкинуть Райли из головы, пора ехать в аэропорт.
Скрестив руки, я прислоняюсь к стене и наблюдаю за проходящими людьми. Я дышу медленно, а сердце бьётся ровно. Внешне я спокоен и собран.
Чёрт, надеюсь, она поверит в эту игру.
В белой футболке и синих джинсах в поле зрения появляется Райли. Несмотря на то, как я стараюсь оставаться невозмутимым, при виде её у меня в животе происходит странное переворачивание, и по венам пробегает прилив энергии.
Я отталкиваюсь от стены и направляюсь к ней, улыбаясь. Моя улыбка быстро исчезает, как только я вижу её выражение лица. Её волосы заплетены в косу, ни одна прядь не выбивается из строя. Это даёт мне возможность отлично рассмотреть её лицо. Тёмные круги под глазами и бледный цвет лица заставляют моё сердце биться в нервном ритме. Она только что вернулась из отпуска в Калифорнии, так что должна быть отдохнувшей и загорелой.
Стиснув челюсти, она тащит чемодан, устремив взгляд вперёд.
Я ускоряю шаг и перегораживаю ей путь, и когда она меня видит, уголки её рта поднимаются в улыбке.
— Привет, Малышка Рай. — Я целую её в щёку, замечая, что её обычный карамельный аромат слабоват.
— Привет.
Я беру её руку, чтобы взять у неё чемодан, и меня пронзает волнение. — Готова ехать? — спрашиваю я.
Она молчит, пока мы идём к парковке. Её молчание, обычно такое уютное, ложится на меня тяжёлым грузом. Что-то не так, но я понятия не имею, что именно. Может, это из-за того, что я так мало общался с ней в последние несколько дней?
В машине Райли смотрит в окно, кусая нижнюю губу. Она погружена в свои мысли, и чем дольше это продолжается, тем больше я начинаю нервничать.
Я барабаню пальцами по рулю, пытаясь успокоить нарастающую в груди панику.
Что, чёрт возьми, со мной происходит?
— Как у тебя дела? — спрашивает она.
— Э-э… хорошо. Всё хорошо. Был занят альбомом. Мы почти закончили. — Слова вылетают слишком быстро, поэтому я делаю глубокий вдох и замедляю речь. — Ещё я помогал Инес. Санти несколько дней назад заболел, так что я проводил с ним время, пытался отвлечь его от плохого самочувствия. — Я поднимаю брови. — Оказалось, я хорошо делаю массаж спины. Уложил Санти спать в рекордно короткие сроки.
Она хмурит брови. — Как он себя чувствует сейчас? С ним всё в порядке?
Я киваю. — Он пришёл в норму. Скоро его день рождения. Не знаю, кто больше взволнован — он или его мама.
Она улыбается, и это немного успокаивает меня. — Я с нетерпением жду, когда смогу послушать альбом. Не могу дождаться, чтобы увидеть, как ты включил в него Оуэна. Могу только представить, как это будет важно для Инес.
— Я предложил, чтобы сначала его послушали родители Оуэна и Инес. Джимми и Бо согласились.
— Могу я послушать его до того, как он выйдет?
— Зависит от того, что ты мне дашь в обмен. — Я подмигиваю.
Её глаза расширяются, и только тогда я осознаю, что сказал.
Сердце подскакиет. Я козёл.
— Э-э… — она замялась. — Я подумаю.
— Я… я шутил. После родителей Инес и Оуэна ты вполне можешь послушать.
— Спасибо.
Когда я останавливаюсь у светофора, в машине снова воцаряется неловкая тишина, и я выбираю самую безопасную тему, которая приходит мне в голову, чтобы поддержать разговор.