— Хорошо. Спасибо. Я не хочу попадать в поле зрения общественности, — вздыхает она. — Всё это внимание… это не для меня.
— Гленн поможет нам решить, как справиться с этой стороной дела, — говорю я. — И тебе нужно показаться врачу.
Она опускает подбородок. — Я записалась на приём к гинекологу. Раньше четверга меня не примут.
Я морщусь, надеясь, что она не будет со мной спорить по поводу следующей части. — Я говорю о том, чтобы пойти в частную клинику. Я туда хожу. Все там подписали соглашение о неразглашении. Так не будет ни журналистов, ни риска утечки информации.
Она сжимает губы в узкую линию. Очевидно, ей эта идея не нравится.
Я продолжаю, объясняя ситуацию подробнее.
— Я хочу быть с тобой на каждом этапе. Это будет невозможно, если ты пойдёшь в кабинет, где меня могут узнать. Если другой пациент или медсестра начнут болтать, СМИ тут же облетят это место.
Она берёт кружку и прижимает её к груди. — Мне нравится мой врач.
— Я понимаю.
— Я хочу сама принимать решения. Мне кажется, что ты отнимаешь у меня право выбора.
— Никогда. — Я кладу руку ей на колено. — Я просто предлагаю. Я пойду с тобой, куда бы ты ни решила, и буду рядом на каждом приёме. Обещаю.
Она закатывает глаза, но слегка кивает. — Ладно. Давай пока попробуем по-твоему. Я всегда смогу вернуться к своему врачу позже.
— Спасибо. Ты не пожалеешь. Эта клиника — одна из лучших.
— Учитывая, сколько ты им, наверное, платишь, я не могу представить, чтобы она была ужасной.
Меня пронзает чувство неуверенности. Чёрт. — Ты звучишь осуждающе.
— Потому что я такая. — Она делает глоток чая и вздыхает. — Немного. В основном я раздражена тем, что ты прав.
Хихикнув, я встаю. — Я скоро вернусь. Мне нужно сделать пару звонков.
Гленн может быть непростым человеком, и он будет задавать назойливые вопросы, поэтому я предпочитаю не звонить ему в её присутствии. Я не хочу ещё больше беспокоить её.
Сначала я записываюсь на приём к врачу, а потом набираю номер Гленна.
— Не ожидал, что ты уже позвонишь, — говорит он, отвечая на звонок. — Думал, что это будет ближе к дате объявления о выпуске.
— О чём ты говоришь? Мы виделись на прошлой неделе.
— И ты был дружелюбен, как кактус. — Он громко хохочет. — Так что прости, что я удивился твоему звонку. В чём дело?
— У меня есть личное дело, которое нужно держать в секрете. Но прежде чем я тебе расскажу, ты должен пообещать, что не будешь об этом разглашать и не будешь использовать это для рекламы альбома. Это не подлежит обсуждению или переговорам.
— Я заинтригован.
Ну, пойдём на риск.
— У меня будет ребенок.
На секунду он замолкает. Потом на другом конце провода раздаётся шуршащий звук.
— Ребенок? От кого? От какой-нибудь фанатки? Она несовершеннолетняя?
Я вздрагиваю, и моя губа кривится в презрительной усмешке. — Пошёл ты, Гленн. Ты действительно думаешь, что я стал бы спать с несовершеннолетней?
— Я слишком долго в этом бизнесе. Меня уже ничто не удивляет. — Он вздыхает. — Я должен был спросить, Хейд. Прости.
Я ложусь на кровать. От этого предположения меня тошнит. Стори шестнадцать, и даже представить, что какой-то ублюдок с ней… Эта мысль чертовски отвратительна.
— Ну и? Кто мать ребёнка?
— Сестра Пайпер.
Ещё секунда молчания. Затем он прочищает горло. — Разве Пайпер не замужем за твоим братом?
— Верно.
Он присвистывает. — Ух ты. Семейные узы только что стали ещё интереснее.
— Отъебись.
— Прости, прости. Итак, она беременна, и ты уверен, что это твой ребёнок, — уточняет он. — Ты собираешься к врачу?
— Да. Я записался на завтра.
— Это значит, что ты хочешь оставить ребёнка?
У меня сердце замирает. Я даже не задумывался об этом. Я просто хотел убедиться, что Райли знает, что может на меня рассчитывать. А поскольку я эгоистичный придурок, даже не потрудился спросить Райли, что она об этом думает.
Я облизываю пересохшие губы. — Мы примем это решение вместе.
— Просто хочу уточнить, — говорит он, и на фоне слышно, как скрипит ручка. — Ты хочешь убедиться, что никто не узнает о беременности, и если вы решите оставить ребёнка, ты также хочешь сохранить личность матери в тайне.
— Да. Ради её безопасности я хочу, чтобы она оставалась в тени. Я не хочу, чтобы Райли пришлось пережить то же, что пережили Оуэн и Инес, когда фанаты узнали, что они женаты.
Гленн вздыхает. — Чёрт, это было ужасно. А для тебя… шумиха будет гораздо сильнее. Ты никогда не встречался с кем-то дольше пары месяцев. Фанаты любят думать, что ты плейбой. Они сойдут с ума, если узнают, что ты привязан к кому-то.