Несмотря на боль в груди, я не могу сдержать улыбку, уткнувшись лицом в её волосы.
— Ты моя лучшая подруга на свете, — шепчу я.
— А ты моя. — Когда она отстраняется, её зелёные глаза блестят озорно.
Хорошо зная этот взгляд, я спрашиваю: — Что у тебя на уме?
— В пятницу мы идём гулять. — Она встаёт и протягивает мне руку. — Ты. Я. Текила. И место, где мы сможем танцевать всю ночь напролёт.
— Грант не будет против?
— Мой муж знает, как ты важна для меня, и он тоже тебя любит. — Она помогает мне встать. — А с каких это пор мне нужно его разрешение? Мы партнёры; запрещать друг другу что-либо — не в нашем стиле.
— Я так восхищаюсь твоим браком. Твоим и Пайпер. — Я вздыхаю. — Ты вселяешь в меня надежду, что, может быть, однажды я тоже встречу свою половинку.
Наклонив голову, она улыбается мне с сочувствием. — Ты встретишь. Я искренне в это верю.
Мой телефон вибрирует на столе, привлекая моё внимание, и я пересекаю комнату и беру его.
Пайпер: Привет. Можешь сделать мне одолжение?
Я разговаривала с сестрой сегодня утром по дороге в студию, и она не упоминала, что ей нужно одолжение. Это не может быть хорошим знаком.
Телефон снова вибрирует.
Пайпер: Можешь проверить, как там Хейд? Мы волнуемся. Он снова не берёт трубку.
Я смотрю на экран.
Обычно я бы не возражала. Хейд не только лучший друг моей сестры, но и брат её мужа. К тому же я знаю его с детства. Четыре месяца назад он нашёл своего друга и коллегу по группе Оуэна мёртвым после самоубийства, и это сильно повлияло на него.
Но Хейден — последний человек, которого я хочу видеть сегодня вечером. Я и так уже в плохом состоянии, а его присутствие только ухудшит ситуацию.
— В чём дело? — спрашивает Настя.
— Это Пайпер. Хейден снова не отвечает на звонки. — Вздохнув, я поворачиваюсь к ней. — Она попросила меня проверить, как он.
Настя прищуривает глаза. — Он всё ещё страдает? — В её голосе нет осуждения, только беспокойство.
— Да, и ажиотаж в СМИ только усугубил ситуацию. Все эти статьи и фотографии... — Я вздрагиваю. У знаменитостей действительно нет личной жизни, даже после смерти. Фотографии гостиничного номера Оуэна распространились за считаные часы, а фотографии с кладбища было так тяжело смотреть. Как бесчувственно. Мне стало плохо, когда я увидела их в интернете. — Я бы никогда не смогла так спокойно относиться ко всеобщему вниманию, как Пайпер, когда они с Хантером стали парой, и я не могу себе представить, как Хейден живёт под пристальным вниманием.
— Быть знаменитым — это здорово, пока ты не становишься мишенью папарацци, — комментирует Настя. — Их охота за Хейденом после этого была чертовски отвратительной. Я не могу себе представить, каково ему было, но... я беспокоюсь за тебя.
Я не отрываю от неё взгляда, стараясь не показать своего беспокойства. — Я в порядке.
— Мы обе знаем, что ты в него влюблена с самого детства. И учитывая, как часто ты его видишь, боюсь, что тебе будет больно.
Я потираю руки о бёдра и отворачиваюсь. Пустота в желудке, которая появляется всякий раз, когда речь заходит о Хейдене, только усиливается, вызывая зуд на коже.
— Он по-прежнему самый красивый мужчина, которого я когда-либо видела. Но я не думаю о нём в таком ключе, и он тоже не смотрит на меня так. Для него я всегда буду младшей сестрой Пайпер.
Она закатывает глаза. — Я настроена скептически.
Я нервно смеюсь, не в силах сдержаться. Её скептицизм — нехороший знак. Как всегда. В девяти случаях из десяти она оказывается права.
— Ты всегда настроена скептически. — Я собираю свои вещи со стола и направляюсь к двери. — Пойдём переоденемся. Я не хочу опаздывать к Хейду. У меня завтра рано утром занятия.
Настя прищуривает глаза, смотрит на меня, затем кивает. — Если я что-то и знаю о тебе, так это то, что ты упрямая. Я уже должна была понять, что не стоит пытаться тебя в чём-то убеждать.
Я подмигиваю ей через плечо. — Верно.
Мы направляемся в раздевалку, обсуждая наши планы на пятницу. Я благодарна за отвлечение от мыслей о Хейдене. Скоро они снова захватят меня.
Когда я останусь одна, они снова нахлынут на меня. Потому что, судя по тому, как моё сердце трепещет, когда он рядом, ясно, что чувства, которые я испытываю к нему с десяти лет, ничуть не ослабли.
Хейден Хейл был моей первой неразделённой любовью, объектом всей моей привязанности в течение слишком долгого времени, в то время как я — девушка, которую он никогда не замечал.
3. Потерянный мальчик