-Нет, это неправда, этого не могло быть, - лепетал сэр Эйтингейл, а Эрри не слушая его, продолжала говорить, изменив свой голос, сделав его немного визгливым, видимо кому-то подражая:
- Деточка, как только я услышала эти ужасные слова, меня словно парализовало. Я хотела убежать, чтобы не слышать их, но ноги не слушались меня. Я хотела закричать, чтобы прервать этот разговор, но звуки не шли из моего горла, поэтому мне пришлось все выслушать от первого до последнего слова». - Я лично считаю, - заявила Эрри, - что леди Ледокс сидела тихо, как мышка, боясь упустить хоть слово, сгорая не от ужаса, а от любопытства, но, чтобы оправдать себя, придумала историю, почему она слушала их, не подавая признаков своего присутствия. На другое утро вы, сэр Эйтингейл, покинули город, и вам очень повезло, потому что через три часа после восхода солнца, в Золотом королевстве все уже знали о происшедшем, а еще через час об этом узнала королева Эледия!
-Что!? Королева Эледия знает об этом!?
-Конечно, но и это еще не все. Толпы приближенных побежали осматривать место схватки, и было установлено, что вы попали на редчайшие пурпурные розы, привезенные из далеких земель, а сэр Хэндрик - на красивейшие синие розы, которые очень любила, и которыми очень гордилась Эледия. По ее приказу кусты несчастных цветов были выкорчеваны, и пересажаны в какие-то отдаленнейшие уголки замка. Вам и сэру Хэндрику запретили появляться в Золотом королевстве до скончания веков! - в этой части рассказа сэр Эйтингейл сел на ступеньки, закрыл лицо руками и тихонько раскачивался из стороны в сторону. Даже Эрри стало его жалко. Вдоволь налюбовавшись его позором, она продолжила, но уже почти доброжелательно: - Через сто лет над этой историей стали смеяться мужчины, через двести - женщины, а через триста и сама Эледия. Вы и сэр Хэндрик были прощены, а на месте вашей дуэли, по приказу королевы установили фонтан, что бьет двумя потоками воды, один чуть дальше, другой чуть ближе. Посадили те же самые розы, что росли здесь когда-то и назвали этот фонтан «Дружеский спор». Этот фонтан показывают всем, кто бывает в Золотом королевстве в первый раз, всем рассказывают историю его появления, и мы тоже видели этот фонтан, - закончила Эрри свой рассказ, улыбаясь ностальгической улыбкой, словно вспоминая, что-то очень-очень дорогое.
Кн. 2 Ч. 1 Гл. 11
Глава 11
Уже несколько дней тревога не покидала Эрла. Причина была всегда одна – Эрри, вернее ее настроение. Эрри находилась в глубочайшем унынии, и Эрл по горькому опыту знал, что ничем хорошим это не закончится. Как ни старался он ее отвлечь или подбодрить – ничего не получалось, день ото дня Эрри становилась все несчастнее и раздражительнее.
- Я уже почти три месяца нахожусь рядом с Аллором, а видела его всего дважды, а разговаривала так вообще один раз! – горько жаловалась Эрри Эрлу на несправедливость судьбы. – Я даже не знаю, мой он суженый или нет! Может я даром теряю время? Жизнь проходит, а я тут торчу без всякой надежды, - она жалостливо всхлипнула, потом еще раз, потом еще, очевидно, надеясь разрыдаться… но слезы не желали появляться, как она не старалась. Эрри сердито зыркнула на улыбающихся Рона и Рика, раздумывала несколько секунд как бы им отомстить за такую черствость, но ничего не придумав, прощающе махнула рукой и снова стала ныть о том, какая она несчастная, и когда же она сможет увидеть Аллора, чтобы удостовериться, нужен он ей или нет.
Эрл знал, что Эрри рано или поздно сорвется и все равно пропустил момент, когда это случилось. Да и как он мог ожидать, что Эрри накроет волной гнева в столовой, и все из-за того, что кто-то по ошибке займет ее место за столом. В другое время она и внимания бы на это не обратила, но в этот день она не была настроена прощать обидчику оскорбление. Дождавшись момента, когда тот слегка приподнялся, потянувшись за солью, она ловко выбила из-под него табурет, и мужчина упал на пол вместе с тарелкой супа не только своей, но и чужой, вместе с ложками кружками кусками хлеба. Дежурный офицер потребовал от Эрри немедленно извиниться и выйти из столовой, но в ответ услышал столько оскорблений, среди которых болван и дурак были не наихудшие. Так вести себя никто не имел права, даже Эрри, дежурный растерялся: он не знал, как наказать Эрри, но и оставить ее поведение безнаказанным также не мог. Как всегда, положение спас Эрл, только сейчас зашедший в столовую. Мгновенно оценив ситуацию, он весело спросил: