…Аллор сидел в углу балкона на полу и смотрел на звездное небо. В голове и в мыслях была пустота. Это был единственный способ не сойти с ума – полностью погрузиться в пустоту, отстранившись от любых чувств. За эти двадцать лет он здорово напрактиковался в подобной медитации и хоть сейчас после этих поцелуев эмоции бушевали слово шторм, он мог все же заставить себя спокойно смотреть в одну точку на небе и ждать… когда же пройдут эти проклятые две недели! Не думать, не думать, не думать ни о чем, мысленно приказывал он себе. И вдруг он подумал, что он-то привык к подобной боли, а вот Эрри испытывает подобное впервые, - Аллор вскочил на ноги, готовый бежать защищать, успокаивать… и тут же со стоном сел обратно на пол. Пока он для Эрри никто. Ее родители решают все вместо нее, вернее отец. И снова Аллор вскочил на ноги, он подумал, что надо обратиться к Хейлике. Она должна помочь! Она не может остаться безучастной!
Боковым зрение он заметил какое-то движение на стене. Аллор вгляделся в темноту и чуть не закричал, увидев Эрри, медленно двигающуюся по узкому парапету. Он хотел рвануться к ней на помощь, но ее останавливающий жест, заставил его замереть на месте. «Зайди внутрь комнаты», - знаками показала она ему, и он медленно начал отступать, стараясь не сводить с нее глаз. Еще пара минут и Эрри спрыгнула с перил.
- Стой на месте! - тихим голосом приказала она, а потом бросилась к нему в объятия. – Отец взял с тебя слово, что ты ко мне не приблизишься, - тихим, счастливым шепотом говорила она. – С меня такого обещания не брали, значит, я могу приближаться, прикасаться к тебе, сколько захочу! – и она засмеялась, но поскольку Аллор все это время молчал, она испуганно посмотрела на него. – Ты… не рад? Ты считаешь, что я не должна была… - ответом ей был поцелуй. Такой поцелуй, что все страхи, да что там страхи, все мысли разом вылетели из головы.
- Я боюсь, - дрогнувшим голосом начал Аллор, - что не смогу сдержаться, что не смогу…
- Попробуй только смочь! – яростным шепотом прервала его Эрри. – Я твоя вся целиком и полностью, и мне плевать, что будут думать обо мне все на свете. Только ты…
- Эрри, - на грани слышимости шепнул он. – Первый раз может быть больно…
- Больнее того, как сэр Элестер семь раз тыкал острием меча в незажившую рану? – усмехнувшись, спросила она. Аллор с каким-то страшным рычанием стиснул ее руками, словно сэром Элестером была она.
- Я этого старого маразматика… он за каждую твою рану получит по сто… - Эрри закрыла ему рот поцелуем, поскольку чувство справедливости заставляло ее признать, что Элестер был прав, но какое же это наслаждение ощущать, что за тебя так боятся, так хотят тебя защитить.
- Я сама была виновата, мы с Серебриной болтали и не слушали объяснений. Мы обсуждали, что будет на обед, - припомнила она, - аппетит у нас тогда был зверский и обсуждение меню, было намного важнее, чем слушать о том, как уходить из-под удара, и блокировать атаку. – Эрри замолчала, молчал и Аллор, а потом он тихо сказал:
- Я вспомнил, ты ведь уже рассказывала об этом случае, когда вы были в Северном королевстве, ну, тогда, за столом, когда ты столкнула Рона и Рика со скамьи за обедом… - Эрри кивнула, показывая, что она помнит. – Как странно, - продолжал Аллор, - тогда я подумал, что Элестер придумал прекрасный способ, как донести до учеников важность быть всегда внимательным и собранным во время тренировок. А сейчас… пусть лучше бы меня кромсали куски, так больно от мысли, что тебя так мучили… - Эрри (которой никто и никогда не говорил подобных слов) показалось, что сердце сейчас выскочит из груди так сильно и гулко оно колотилось. Она прижалась к Аллору всем телом и только и смогла сказать:
- У меня сейчас от счастья сердце просто разорвется. Таких слов мне еще никто не говорил, но знаешь что, я ни от кого, кроме тебя, таких слов слышать и не желаю. – Снова поцелуи, но в этот раз медленные тягучие, скоро Эрри их уже стало не хватать, но Аллор все медлил: - Ты боишься? – дрогнувшим голосом спросила она. - Боишься отца? Боишься, что он посчитает, что ты нарушил свое слово и опозорил себя? – горечь в голосе Эрри не услышать было невозможно. Аллор засмеявшись, легко подхватил ее на руки и закружил по комнате.
- Эрричка, - шепнул он ей на ухо, - я боюсь только одного – не понравиться тебе. Если бы ты знала как давно у меня… - дальнейшие его слова она не услышала, поскольку он сказал их очень тихо, к тому же уткнувшись лицом в ее волосы. И снова над Эрри засияло солнце, и снова она стала целовать его, прижимаясь лицом к его лицу.