- Какие странные Пророчества, - задумчиво сказала Хейлика, вдумываясь в каждое произнесенное Эледией слово.
- Странные, - согласилась Эледия, - и все они сбылись, - шепотом закончила она.
- Но вы говорили, что в смерти Зенты и Невьена виноваты ваши артефакты, а вы теперь…
- Все так, - перебила ее Эледия, не дав закончить Хейлике свою мысль. – Одно другому не мешает, - неловко усмехнулась она. – Невьен занимался преобразованием скалистого опасного взморья, в удобную судоходную гавань. Он мог отогнать пласт воды от берега и удерживать его значительное время, оголив океанское дно. Этторн в этот момент преобразовывал скалистые уступы, формируя мол, пирс и все, что необходимо. Понятно, что за один день такую работу сделать невозможно, магические силы очень быстро исчерпывались. Вот Невьен попросил меня сделать артефакт, который помог бы ему копить свои силы, чтобы потом в нужный момент воспользоваться ими. Казалось бы, идея была несложной, вот только силу, которую нужно было накопить в артефакте, необходимо было взять у воды, и лучшим временем для этого был… шторм. Чем сильнее шторм, чем выше высота волн, тем больше энергии несет в себе вода, напитывая артефакт силой. Невьен забирал энергию волн, используя ее потом, чтобы пополнять собственные силы. Первый артефакт я создала небольшой мощности. Я еще училась создавать подобные вещи и очень боялась ошибиться. Артефакт превзошел все ожидания, кроме того был легок и удобен. Такой обруч с камнями и четырьмя пластинами, две пластины у висков, одна - на затылке, одна – на лбу. Артефакт был настолько хорош, что Невьен замучил меня просьбами создать подобный, только чтоб он был способен вбирать в себя энергии в сотни раз больше. Я создала такой артефакт, - с трудом сказала Эледия. – Был страшный шторм, такой шторм бывает только раз в сотни лет. Ураганный ветер и волны немыслимой высоты. Мы были в этом дворце, когда одновременно почувствовали что-то странное. Сдавило сердце со страшной силой – а потом ощущение пустоты. Именно в этот момент Невьен погиб, - глухо сказала Эледия. – В этот страшный шторм он отправился на берег океана, с моим артефактом на голове. Его пытались остановить, но он сказал: - Я ПОМНЮ, как мой отец стоял один на утесе, а на него двигались волны безумной высоты, и ни одна волна не ударилась о берег, неся смерть и разрушения. Отец остановил эти волны. Я чувствую, что тоже смогу укротить этот шторм и волны подчиняться мне. Я заберу их силу и их энергию себе! - Больше его никто не видел. Память погубит его… как точно Лорения предсказала смерть Невьена.
- А что случилось с Зентой? – тихо спросила Хейлика. – Вы также создали артефакт, что позволял многократно усилить ее способности, но она не справилась с таким мощным Даром?
- Да, все так и было. Если бы Невьен погиб до того как я создала артефакт для Зенты – то она его бы никогда не увидела, но оба артефакта я создала почти одновременно. Однако в них было существенное отличие. Артефакт Невьена должен был черпать энергию волн, преобразуя ее в магическую энергию, а артефакт, что я создала для Зенты помогал ей уходить за… Грань, где она могла бы общаться с умершими, - с трудом сказала Эледия, а потом торопливо стала объяснять: - Зенте пришлось труднее, чем нам всем. Если магические линии в воде, воздухе, камнях были нам видимы, и мы худо-бедно научились манипулировать ими, то Дар некромантии был нам совершенно незнаком и никто из нас не нал, как его можно использовать, ведь Зента была слишком мала, когда все случилось и в силу возраста не могла ни расспросить родителей, ни увидеть как родители используют этот Дар, поэтому когда мы все дружно осваивали новые способности, Зента оказалась не у дел, впрочем, совсем ненадолго. И в этом ей помогла Фиона. Я уже сказала, что она первая покинула наши земли, она привезла Лорению, и она же привезла рассказ, что в далеких землях существуют целые культы служителей смерти. Рассказала, что Богу и Богине смерти возводят Храмы, и жрецы этих Храмов владеют какими-то особыми тайными знаниями. Услышав это, Зента загорелась надеждой и очень скоро отправилась в те далекие земли. Ее не было больше ста лет. Мы знали, что она жива, не знали только, где она находится. Через сто лет Зента вернулась… с дочерью. Зента была первой из нас восьмерых, у кого родился ребенок. Девочку она назвала Ирраэль и эта девочка стала потом матерью Солларта, так что твоя сестра приходится ей в какой-то степени родственницей, - улыбнулась Эледия. - Зента очень изменилась, от веселой приветливой девочки не осталось и следа, я думаю, - продолжала Эледия, - что это так сказался на ней ее Дар. Зато Зента научилась, хотя бы частично пользоваться своими способностями.