-Ка-к-ка-а-ких ослов?
-Самых злобных, упрямых и… - торжествующе начала говорить Элис, но тут Таллар успел зажать рот своей жене, помешав сообщить ей, с какими именно ослами, сравнил Элгор Хейлику. На веранде воцарилась тишина. Все понимали, что сейчас что-то произойдет. И это случилось. Элгор ничего не отвечал, он смотрел в потолок, словно что-то вспоминая, потом тихо произнес:
-Неужели я все это пережил? Неужели я все это СМОГ пережить? - Он повернулся к Хейлике и посмотрел ей прямо в глаза. Она, как завороженная не могла оторвать него взгляда, а потом сначала шепотом, а затем во весь голос закричала.
-Ты любишь меня! Ты женился на мне не из-за жалости или чтобы меня спасти, а потому, что ты хочешь, чтобы я всегда была с тобой! – В эту секунду с Хейликой что-то случилось, она вдруг ясно осознала, что уже давным-давно безумно любит этого мужчину, безумно восхищается им и безумно его уважает. Весь мир поблек и исчез, только Элгор и она. Хейлика без малейшего стыда, без малейшего колебания обвила руками его за шею, и первая поцеловала его в губы. Все, что происходило дальше, она помнила какими-то обрывочными кусками. Вот она жадно беспорядочно целует его, а потом уже Элгор подминает ее под себя, и дальше она чувствует себя куклой, игрушкой, на которую обрушился шквал чувств и эмоций. Она захлебывается в них, чувствуя, что это пик счастья, которое она может испытать…
Ее привели в себя глухие удары в дверь. Чувствовалось, что по двери били ногами.
- Кто там? – в замешательстве закричала она.
- Это я – Элис, - донесся из-за двери жалобный голос сестры.
- Ты с ума сошла? – возмутилась Хейлика. – Зачем ты тарабанишь в дверь?
- Хейличка, - голос Элис стал еще жалобнее. - Вы не выходите уже два дня, я вам принесла еды. Хотя бы покушайте.
- Два дня!?- потрясенно переспросила Хейлика и пораженно посмотрела на Элгора. Он секунду подумал, потом утвердительно кивнул головой. Накинув на себя халат, Хейлика открыла дверь, и тут же две головы одна Элис, а другая Эмбер попытались с любопытством заглянуть в спальню. – Носы поприщемляю, - пригрозила она сестрам и забрав поднос, захлопнула дверь. Захлопнула и застыла в удивлении, только сейчас осознав, что находится в спальне Элгора. До этого времени она ни разу здесь не бывала. Поставив разнос на прикроватный столик, она, ничуть не смущаясь, обошла всю спальню, внимательно рассматривая вещи. Что сказать? Суровый аскетичный воин, суровый аскетичный Правитель, суровый аскетичный мужчина. Подойдя к кровати, она опустилась рядом с ней на колени, так, чтобы лицо Элгора лежащее на подушке и ее лицо, были на одном уровне.
- Элгор, - тихо сказала она, посмотрев в глаза мужу. - Все что произошло этой ночью между нами, слилось в моем сознании в сон. В чудесный, восхитительный, но все-таки сон. А теперь, - голос Хейлики зазвучал чуть ли не угрожающе, - я хочу все это пережить, ощущая и осознавая каждое твое прикосновение, каждую твою ласку. Я хочу быть счастливой рядом с тобой, счастливой во всех проявлениях этого состояния. Но я хочу, чтобы и ты был счастлив рядом со мной, я не только хочу ощущать наслаждение, но хочу и дарить его. Поэтому, мой милый муженек, - чуть иронично обратилась она к мужу, - мы по второму разу пройдем все, что проходили за эти часы, но только осознанно, спокойно, хорошо понимая, что мы делаем и как. - Элгор, сначала насторожившийся после первых слов Хейлики, успокоено засмеялся, и, легко втащив ее на кровать, тихо шепнул: - Будет тебе осознание, раз ты так хочешь.
- Я привередлива и требовательна в постели, - виновато шепнула ему в ухо Хейлика.
- Думаю, это не будет являться преградой или невыполнимым условием в наших отношениях, - также тихо ответил ей Элгор.
- А еще в порыве страсти я могу царапаться и кусаться, - уже на грани слышимости сказала Хейлика.
- И это для меня уже не является открытием, - голос Элгора дрогнул от скрываемой им улыбки.
- Я, что тебя царапала? – ахнула Хейлика. Элгор уже смеялся, не скрывая этого. – Царапала? Признавайся! – она быстро взглянула на его спину, но полос от царапин не было. Только она хотела облегченно вздохнуть, как Элгор напомнил ей.
- Ты забыла, что насколько быстро все на мне заживает?
- Элгор! – с упреком прикрикнула она, намекая, что он должен ее успокаивать, а не, наоборот, расстраивать. Но Элгор больше не желал спорить. Он накрыл ее губы своими губами, но не в страстном, сводящем с ума поцелуе, а в долгом, медленном, неспешном и очень возбуждающем. Хейлика закрыла глаза, с радостью отдаваясь ему во власть.