УЭС: К тому же наверняка они психи.
КОРИ: Да они долбаные шизики. Ты только посмотри на них. Засели в засаде.
УЭС: Может, просто подождать, пока они уедут?
КОРИ: Уэс, а что если они попытаются нас протаранить?
УЭС: Блин!
КОРИ: Или начнут стрельбу? Или еще что-нибудь?
УЭС: Блин, блин, блин!
КОРИ: Думаю, лучше всего заехать в лес.
УЭС: Ага, точно.
ЭШ: Ребят.
Стоило ей заговорить, как мы сразу вспомнили: мы – это мы, а она – это она, и между нами пропасть.
– Нет у них никаких автоматов, – сказала она. – Ничего у них нет. Они просто прикалываются.
Потом подождала минутку и добавила:
– Так давайте над ними тоже поприкалываемся.
Эш сказала это таким тоном, каким заказываешь мороженое в кафе, куда ходишь каждый день.
А потом открыла дверь.
– Эш, погоди, – сказал я, но она меня проигнорировала и велела КОРИ:
– Открой багажник.
Тот не отреагировал.
– Открывай, – повторила она, и он открыл. Эш вышла из машины, обогнула ее, и мы услышали, как она роется в багажнике.
Никаких выстрелов со стороны джипа не последовало. Из него никто не вышел. Джип стоял на одном месте, и я даже подумал: а что, если там никого нет?
– Блин, ну где же он? – шептала Эш, шаря среди усилителей.
Да нет. Бред и глупость. Конечно же, там кто-то был. И эти люди явно настроены враждебно. И кажется, они решили, что еще с нами не расправились.
А вдруг они на метамфетаминах? Или на кислоте? А что, если они сектанты? Небось все перечисленное сразу. Стали бы нормальные люди так ужасно себя вести?
Эш довольно хмыкнула, захлопнула багажник, подошла к моему окну и постучалась. Я опустил стекло. Она держала в руках гаечный ключ.
– Уэс, – произнесла она.
Я посмотрел на нее.
– Давай, – велела она.
Я не пошевелился.
– Кори останется, на случай если понадобится быстро сняться с места. Но ты должен пойти со мной.
Я кивнул, но по-прежнему не пошевелился.
– Кори, мотор не выключай, – сказала она и зашагала. А я постарался не думать ни о чем, открыл дверь, выпрыгнул из машины и тоже зашагал.
На обочине было не так жарко, как в «Хонде». Но все равно душно и липко. Джип стоял дальше, чем мне казалось из машины. Под нашими ногами расстилался ковер из фантиков, пакетов, пустых сигаретных пачек, банок из-под газировки и разбитых пивных бутылок.
– Возьми бутылку, – велела Эш.
Я кивнул и наклонился к ближайшей с таким видом, будто только и делаю, что хожу их подбираю. Поднял влажную на ощупь пивную бутылку.
– Нет, – сказала Эш, – разбитую возьми. Вот эту.
Она показала на другую бутылку, у которой не хватало донца. Я взял ее за горлышко и зажал в руке. Мы зашагали к джипу.
Тут до меня дошло, что та часть бутылки, которую я сжимал, тоже была разбита, и острый зазубренный край впился мне в ладонь. Но было уже поздно что-то говорить или делать.
Шли мы долго. Я чувствовал на коже дыхание солнца. Эш крутила гаечный ключ в руке, как теннисную ракетку.
– А зачем бутылка? – спросил я.
– Покрышки им проколоть, – ответила она.
– О, – сказал я.
– И для самозащиты, – бросила она.
У меня не осталось ни одной части тела, которая не взмокла бы от пота. Но по ладони текла совсем другая, более густая жидкость. «Просто кровь, – попытался успокоить меня мой мозг. – Чего волноваться? Просто кровь течет из раны на ладони».
Мы прошли уже полпути. Джип был чистый, без единой вмятины. Ни одного стикера. Номерной знак 5KAK924. С нашего места по-прежнему невозможно было определить, кто сидел внутри.
А потом зажглись стоп-сигналы.
Мы услышали, как завелся мотор, и джип дал задний ход. Я невольно вскрикнул. Мы побежали. Он набрал скорость. Я кричал; мимо проносились грузовики. Какая-то туча грузовиков, словно один и тот же ехал по петле снова и снова. Где-то вдали за нашими спинами клаксонил Кори. Я бежал и орал, что есть мочи. Мы с Эш почти догнали джип; я крепче вцепился в бутылку и почувствовал, как по поднятой руке стекает тонкая струйка крови, а потом перестал что-либо чувствовать, подпрыгнул и швырнул бутылку как можно дальше. Та ненадолго зависла в воздухе, и я понял, что она не долетит до цели. Бутылка с глухим звуком шмякнулась в траву у обочины примерно в трех метрах от джипа. Тот вздрогнул, переключился на другую скорость и выехал на шоссе, а я подумал: «Неважно, надо просто бежать; рано или поздно я их догоню, и тогда им крышка».
Мы вернулись в нашу машину. Рука сильно кровоточила, мы обернули ее тряпкой и решили съехать с главной дороги и поискать городок, где есть аптека. А еще место, куда нас пустили бы выступать.