"Наказать? Даже так? Парень, тяжело быть карающим клинком. Уж поверь мне".
— Преступление того человека мне открыла Госпожа. Он соблазнил и бросил девушку, когда узнал, что она ждёт дитя. Несчастная приняла яд. Могли ли я не воздать ему?
Жиюнна не терпит мужского предательства. Я Её понимаю.
— Ты хотел убить его во славу Владычице?
— Нет, только напугать. Один лишь взгляд на божественный знак чуть не свёл его с ума, — брезгливо поморщился Далиан. — Брат подговаривал меня на убийство: нашёптывал, как вкусна человеческая кровь и нежна плоть, как сладостны крики умирающего… Я сдержался. Потом человек вернулся, но уже под защитой Тэа. Установил повсюду ловушки: думал, если я буду скован, то никто не узнает о преступлении.
"Правильно думал. Его имя оставалось незапятнанным… до сегодняшнего дня".
— Ты спрашивала, зачем я призвал тебя? Знай же — моего брата нужно уничтожить. Я устал быть его стражем, устал слушать его шёпот. Он превратился в чудовище, а у меня почти не осталось сил. Богиня не изменила мою природу. Я остался тем, кем был при жизни — слабым человеком.
"Связь близнецов очень сильна. По сути, они единое целое. Но один пал во тьму, другой же… Бедняга должен был, но не смог воспарить".
— Я не могу провести изгнание. Не теперь.
Дух рассмеялся.
— Ты можешь, Хелена. Недавно мне явился Вестник. Он сказал, что скоро придёт избавление. Поведал о девушке, у которой хватило дерзости нарушить Первый Завет.
"Вестник? О ком он? Мне не знакомо это имя".
— Я пошла на преступление из любви к брату. Не тебе осуждать меня.
— Тебе нет оправдания! — лицо Далиана обезобразила праведная злость — хотя может ли злость быть праведной?
Я хмыкнула.
"А ведь говорят, страсти умирают вместе с телом…"
— Если бы существовал способ упокоить твоего брата-демона, неужели Жиюнна не послала бы одну из своих боевых жриц? Оглянись! Здесь только я, и у меня нет ни алого платья, ни татуировок, ни светлого копья.
Дух тяжело вздохнул. Его лёгкие обратились в прах века назад, но, похоже, он об этом забыл.
— На тебе лежит долг крови, дерзкая девчонка.
— Шли бы вы оба, дорогие родственнички.
— Ты не оставляешь мне выбора, — процедил Далиан, злобно буравя меня взглядом исподлобья. — Я освобожу брата, и вы поглотите друг друга. Достойный конец для отступницы, — он с особенным презрением произнёс это слово, — и долгожданное забвение для Талиана.
— Да вы безумны, что один, что другой! — я почувствовала, что печать Тэа дала слабину. Больше она не могла защищать меня.
"Проклятый бестелесный обманщик! Он просто заговаривал мне зубы".
Далиан небрежно махнул рукой, и мой шар света под потолком лопнул. Подземелье вновь погрузилось в полумрак, разбавленный призрачным свечением голубых эльфелингских кристаллов. Я лихорадочно принялась искать выход. Как назло, в голову лезла одна ерунда.
"Вспомни, ты была когда-то жрицей, одной из лучших…"
В Храмовой Школе меня учили сражаться с демонами один на один, но богиня лишила меня благосклонности. Специально же не подготовленные волшебники лёгкая добыча для обитателей Бездны.
"Мне нужен настоящий воин. Вот только где его найти?"
Время. Мне нужно больше времени.
— Послушай, Далиан, — я постаралась придать голосу максимум спокойствия. — Понимаю, ты презирать меня. Да, я оступилась, нарушив Первый Завет, но все люди слабы. Жиюнна простила меня и одарила особым магическим талантом. Неужели ты пойдёшь против Её воли и обречёшь меня на смерть?
— Вестник сказал, я могу поступить с тобой, как посчитаю нужным, — грубо заявил юноша-призрак. — А по мне, ты заслуживаешь смерти и даже участи худшей, чем смерть. Ярче полуденного солнце символ нового бога сияет прямо над твоим переменчивым сердцем!
Плохо, невероятно Плохо. Он увидел… Нет, он с самого начала его видел. Некоторые вещи особенно хорошо заметны из-за Грани.
— Если он так светел, значит в нём ничего дурного.
— Молчи, презренная!
"Он заранее ненавидел меня. Этот Вестник его специально настроил", — с пугающей отчётливостью осознала я. — "Убеждать бестолку: Далиан уже всё для себя решил".
— Ты выпустишь в мир зло. Я не в силах одолеть демона. Прошу, одумайся!
Призрак лишь расхохотался мне в лицо.
— Мне сказали, ты гораздо сильнее, чем кажешься.
— Освобождая демона, ты сам можешь исчезнуть. Пойми, за семь веков ваша связь только усилилась!
— Ради упокоения брата я готов рискнуть. Даже не старайся — тебе не переубедить меня, девчонка. Потерять жизнь — одно, прервать существование — совсем иное. Но если Госпожа будет угодно, Она вознесёт верного слугу в Рассветный Чертог.