— 9-
Помогай старшим.
Девятое правило, поведанное маленькой Хелене человеком с золотыми глазами.
Я шла по одному из "технических" коридоров башни Порталов, когда меня окликнули:
— Хелена!
Голос был очень слабый, и, насколько я могла судить — девичий.
"Кто ещё пришёл по мою душу?"
Я обернулась, но никого не увидела.
"Опять?.."
— Хелена Лерьэн!
Сочетание моего имени и знатной фамилии резануло по ушам.
"Я никогда так себя не называла. Отец в своё время многое за это отдал".
Не сбавив шага, я продолжила путь. Однако неизвестная не отчаялась.
— Хелена, дочь Ланса!
Мой отец всегда утверждал, что его полное имя Ланселот, но осведомлённость таинственной "девушки" поражала. Я решила откликнуться — злобы в голосе не было, только беспокойство.
— Да, это я.
— Позволь мне проявиться, — смущённо попросила невидимка. Так могла бы просить платок у богатой подруги простуженная барышня, чья добродетель обратно пропорциональна скудному семейному достатку.
— Разрешаю.
— Спасибо.
Это и вправду оказалась молоденькая девушка. Малость прозрачная, но в наше просвещённое время подобное не принято считать существенным недостатком для женщины.
— Простите, — мило извинилась она, — у меня здесь не слишком много сил.
"Какое воспитанное приведение! Право, Далиану следует у неё поучиться".
— Тебя вытянуло из Чертога, полагаю?
Девушка коротко кивнула. Я не знала, какой бог принял её после смерти — явного знака, как у Далиана, на её… хм… теле не было.
Во времена Древнего Эйана люди не становились призраками. Уходя, они уходили навсегда. Впрочем, уходили ли? Считается, что закончив земной путь, эйанцы воссоединялись с Первым богом. Устройство же загробной жизни прочих народов было просто: хорошие люди перерождались, плохие — исчезали.
Полностью.
"Каждому воздаётся по его заслугам — так говорили в те дни. Интересно, кем Создатель счёл бы меня — агнцем или паршивой овцой?".
Ныне из блаженного — хотя для кого как, для кого как — посмертия мёртвых вытягивает к живым, если тревожат кости. Два тела — материальное и духовное — связаны. Потревожишь первое — мало не покажется и второму. Обычно для успокоения мертвецов приглашают служителей Жиюнны или некромантов. У магов свои методы работы, у жрецов — свои. С одними проще договориться, зато другие меньше берут. У людей всегда есть выбор, хотя в Вейларнии он ограничен: собственных некромантов у нас нет.
— Я… лежу в гробнице Лерьэнов.
"Родственница. Сегодня что, день воссоединения семьи с блудной дочерью? То один, то другая… Как же я устала".
Я внимательно осмотрела Лерьэн. Хоть внешность у Дерзких обманчива (Далиан выглядел почти невинно, а оказался близнецом демона), стоило лишний раз проявить осторожность.
Как и я догадалась по голосу, она была очень молодой. Если судить по подвенечному платью, покинула сей бренный мир накануне свадьбы. Лицо Лерьэн было приятное, но писаной красавицей её бы никто не назвал. Однако в те времена женились главным образом не по любви, а по расчёту: малочисленные исключения лишь подтверждали правило. Здоровье женщины и родовитость при заключении брака играло большую роль, нежели шелковистость волос или цвет глаз.
Фи.
Впрочем, барышня так и не дожила до свадьбы. Должно быть, глава семьи попал в очень глупое положение.
"Она весёлой невестой была. Но смерть пришла. Она умерла".
— Какую любезность я могу оказать роду Лерьэн?
Я лукавила. Мне вовсе не хотелось второй раз за день связываться с Дерзкими. Однако мёртвым не принято грубить, если они ведут себя достойно. Таковы правила.
Девушка вела себя очень достойно.
— Моё… — она на мгновения замялась, — моё тело потревожили. Я уже не столь привязана к нему как прежде, но прошу, убедите их прекратить чёрное дело.
А, студиозусы-проказники. Обошли охранные заклинания и давай развлекаться с древними костями.
"Да простят боги бедных нечестивцев. Они сами не ведают, что творят".
Надеюсь, вульгарная некромантия не до конца одурманила их неокрепшие умы — в Университете готовят специалистов совсем иного профиля. По себе знаю, как трудно переходить с одного жизненного пути на другой.
У меня не было так называемой "праведной" ненависти к шалунам. Только презрение. Последнее дело из любопытства беспокоить мертвецов.
По законам нашего королевства за возню в дворянской гробнице озорникам грозит вылет со свистом из Университета. Лучше мне найти и выставить их из склепа прежде, чем они привлекут ненужное внимание. И врагу не пожелаешь так глупо поломать себе жизнь.